28.06.2017 | 11:40

В Театре имени Сац – премьера оперы "Упражнения и танцы Гвидо"

В Детском музыкальном театре Натальи Сац − премьера оперы Владимира Мартынова «Упражнения и танцы Гвидо». Ее главный герой − бенедиктинский монах Гвидо Д’Ареццо. Именно он в X веке придумал систему нотной записи музыки, которой мы пользуемся до сих пор. Режиссер Георгий Исаакян решил отправить зрителей в увлекательное путешествие по закулисному миру. Спектакль играется в живописном цехе, где создают декорации к спектаклям. Репортаж Елены Ворошиловой.

На "Худсовете". Худрук Театра им. Сац Георгий Исаакян и композитор Владимир Мартынов

Обычно через коридор рабочие вывозят декорации на сцену, сейчас по нему зрители идут на спектакль. «Мы долго ходили с художником по театру и искали место, где должно происходить наше действие», − рассказал режиссер, худрук Детского музыкального театра им. Сац Георгий Исаакян.

Спектакль еще не начался, а впечатления уже незабываемые. Если не считать театрального света, которого здесь в принципе быть не может, здесь все на своих местах – театральная кухня стало местом для Георгия Исаакяна, где он рассказывает о кухне музыкальной.

«Здесь обычно расстелены задники, ходят по мосткам художники, которые смотрят на свою работу. Акустика здесь естественная, и она легла на григорианское звучание, потому что высокий потолок, как потолок в храме», − пояснил Георгий Исаакян.

Композитор Владимир Мартынов, авангардист, экспериментирующий с электронной музыкой, написал оперу о возникновении музыки. Двадцать лет партитура ждала своего часа. Детский музыкальный поставил эту не детскую историю.

В спектакле − семь картин, по числу нот. Из веревок на глазах зрителей рождается музыкальный стан. Михаил Богданов в роли Гвидо Д’Ареццо, создателя современной системы записи музыки, обречен в спектакле на молчание. Здесь он – драматический актер.

«Я привык пением выражать свои эмоции, а здесь я лишен своего инструмента. За меня поют хор, две девушки, тенор», − поделился солист Театра им. Сац Михаил Богданов.

Час и сорок минут без перерыва. Спектаклем это не назовешь - скорее, ритуал. Певцы в одежде монахов свободно двигаются по всему пространству, поют за спинами зрителей на балконах.

Сам Исаакян считает эту оперу музыкальным парадоксом и даже анти-оперой. Дело не только в форме: тут виноват и сам Гвидо Д’Ареццо, оставшийся большой загадкой для человечества.

Новости культуры