31.03.2017 | 19:59

В Театре имени Ленсовета дают "Дядю Ваню" в постановке Юрия Бутусова

Культурная столица сегодня как никогда оправдывает свое название. Событий – множество. Одно из них – премьера в Театре имени Ленсовета. На сцене – вечный Чехов. "Дядя Ваня" в постановке главного режиссера театра Юрия Бутусова. К пьесам Чехова он обращается не в первый раз. За "Чайку" и "Трех сестер" был отмечен "Золотой маской". В своей новой постановке Юрий Бутусов, по традиции, уходит от привычного восприятия чеховской драматургии и предлагает собственный взгляд. Репортаж Надежды Гусаровой.

На сцене - белые обшарпанные стены и двери. Над каждой дверью - имя, как табличка с номером палаты. Ассоциации с чеховской же "Палатой №6" усиливаются, когда появляются герои. К слову, их тоже шесть. Режиссер оставил самых значимых. Чехов в пьесе интеллигентно называет их чудаками. В постановке Бутусова диагноз более очевиден: они постоянно дергаются, безудержно хохочут, бьются в конвульсиях. Глубоко упрятанная пружина действия пьесы в спектакле просто вырвалась наружу.

"Дядя Ваня" - это психологический триллер, душевный", - отмечает народный артист России Сергей Мигицко.

И хрестоматийный текст зазвучал по-новому.

"Но даже если ничего не происходит в событийном ряду, то персонажи, точнее, мы говорим такие слова, что это посильнее, чем какая-то там сюжетная линия", - рассказывает заслуженный артист России Александр Новиков. 

Именно слова, по замыслу постановщиков, свели героев с ума.

"Любая хорошая пьеса - об одиночестве, об отчаянии, о сумасшествии. Мне вообще кажется, что герой любой пьесы, наверное, в итоге сходит с ума. Ничем другим, герой классической пьесы закончить не может", - считает Александр Новиков.

Их безумно жалко - таких одиноких, дошедших до полного отчаяния. Не способных ни на чувства, ни на поступки. Как заведенные они повторяют обращенные в никуда вопросы и делятся надеждами, которые рушатся, как стены их старого имения. Люди, оставшиеся на руинах своих судеб,  не угадываются, как у Чехова в тексте. Они рядом - на куче хлама, глаза в глаза со зрителем.

"Иногда зритель смотрит, выходит и дает себе слово, что в его семье так не будет, - говорит Сергей Мигицко. - В назидание потомству, как говорит мой герой Серебряков, который написал трактат в назидание потомству о том, как надо жить".

Впрочем, ответ на этот вопрос у каждого свой. Спектакль лишь напомнит, что жизнь - это не то, что было вчера или будет завтра, это то, что здесь и сейчас.

Новости культуры