Ошибка

Вступительное слово историка кино Сергея Лаврентьева.

Грустная повесть о несостоявшейся любви, о молодых людях 60-х годов.

Молодым людям Лене и Виктору кажется, что случай свел их для долгой счастливой жизни. Весь вечер они говорят друг другу самые важные, сокровенные слова. Но утром, при новой встрече, все вдруг увиделось в другом свете.

Последняя роль в кино Аллы Тарасовой.

Призы:
"Золотой щит" – премия I Международного кинофестиваля авторских фильмов и фильмов об искусстве в Бергамо (Италия, 1966).

Художественный фильм (Ленфильм, 1966).
Режиссер и автор сценария: Геннадий Шпаликов
Оператор: Дмитрий Месхиев-старший
Музыка: Вячеслав Овчинников
В ролях: Инна Гулая, Кирилл Лавров, Павел Луспекаев, Марина Полбенцева, Виктор Перевалов, Георгий Штиль, Лариса Буркова, Лилия Гурова, Алла Тарасова, Виктор Перевалов, Оля Тарасенкова, Елизавета Акуличева, Олег Белов, Наталья Журавель, Елена Черная, Л. Бабенко, А. Оппенгейм

Кинокритик Александр Трошин о фильме: "Долгая счастливая жизнь" – первый и единственный фильм Геннадия Шпаликова-режиссера. Шпаликов к этому времени уже был известен как сценарист. Сценарист особого склада, неповторимой интонации. У него за плечами были уже четыре поставленных сценария, среди них – высочайше обруганная, порезанная, перемонтированная, сменившая название "Застава Ильича", и солнечная, по-летнему распахнутая, смешливая, песенная, поэтическая лента "Я шагаю по Москве".
Ни на ту, ни на другую не похожа "Долгая счастливая жизнь", которая и названа-то так то ли в умную насмешку, то ли с глубокой тоскою. Никакого счастья в ней не складывается. Как в чеховском "Вишневом саде", который тут играет заехавшая в областной город столичная труппа. История любви? Не знаю. Не рискну утверждать. Что-то несостоявшееся, хоть и поманившее. Два человека, мужчина и женщина, пересеклись, открылись друг другу и… испугались, что ли? Инна Гулая – достаточно этой роли и той, что у Кулиджанова в "Когда деревья были большими", чтобы сказать о ней: "Поразительная актриса"…
Инна Гулая и Кирилл Лавров сыграли эту историю мелодически точно, сохранив ее хрупкость, эскизность. С одной стороны – Чехов, с другой – французский поэтический реализм, легендарная "Аталанта". Недаром Шпаликов написал на своем сценарии: "Памяти Виго, моего учителя в кинематографе, да и в жизни".
После, в 1973-1974, незадолго до смерти, оглядываясь назад, Шпаликов посетует в "Разрозненных заметках", что, мол, фильм этот широко не прокатывался, и я не думаю, пишет он, что его запомнили. Нет, запомнили и – полюбили. За эту поэзию, вырастающую из будничных обстоятельств."  

Полный текст

Смотрите также