О проекте Кавказский меловой круг

Телеверсия спектакля Грузинского театра им. Шота Руставели. Запись 2003 год. 3 части.
Постановка и сценическая редакция Роберта Стуруа.
По пьесе Бертольда Брехта.
Перевод Э.Цулукидзе и И.Гогоберидзе.
Композитор Гия Канчели.
Текст песен Петр Грузинский.
Художник Георгий Алекси-Месхишвили.

В ролях: Рамаз Чхиквадзе (Аздак), Жанри Лолашвили, Татули Долидзе, Леван Берикашвили, Лейла Дзиграшвили, Вано Гогитидзе, Кахи Кавсадзе и другие.

В основе пьесы лежит известная на Востоке притча о ребенке знатного рода, которого во время мятежа спасли бедные крестьяне, и теперь настоящая мать и вырастившая его беднячка делят сына, вытягивая за руки, из очерченного мелом круга. Справедливый судья присуждает мальчика крестьянке, пожалевшей ребенка и отказавшейся от жестокого испытания.

В постановке Роберту Стуруа этот легендарный спектакль наполнен музыкой и искрометным весельем.

Роберт Стуруа об артистах и работе над спектаклем "Кавказский меловой круг" (Российская газета, №4718 от 31 июля 2008 год):
- Готовишься всегда к определенным главным моментам, вехам, от которых отталкиваешься, указателям на то, что ты задумал. Кстати, потом эти указатели надо разрушать - или они сами рушатся после первой же репетиции. Я как-то незаметно очень сроднился со своими артистами. Мы с ними сейчас практически одинаково мыслим. Точнее, они мыслят, как я думал двадцать лет назад. Я сейчас стал как-то по-другому подходить к спектаклям, иногда даже повторяться. Но они вдруг находят какие-то ходы, которые я когда-то изобрел, и мы поднимаем записи - да, вот они, мои придумки. Мне иногда говорят, что я тяжелый и гордый человек. Но режиссер в принципе должен раз и навсегда забыть о гордости и самолюбии, я так считаю.

- На телеканале "Культура" к вашему юбилею показывают ваш спектакль "Кавказский меловой круг". Что он значит сейчас для вас? Изменилось, спустя столько времени, что-то в вашем отношении к нему?
- Сейчас он вызывает прежде всего ностальгию, потому что он уже не тот, что раньше. Он вроде как постарел вместе со мной. Ну... можно догадаться, каким он был. Это как старые, осыпавшиеся фрески, которые смотрятся лучше, чем тогда, когда они были новыми, неосыпавшимися, целыми. Иногда эта старина, патина времени - она придает свою эстетику вещи. Вот той же Венере Милосской - можно было бы ей обратно приделать руки, но это было бы уже нечто другое, это был бы китч. Впрочем, я тут написал к своему юбилею несколько маленьких эссе, и вот один из тезисов там - я прошу никогда не говорить со мной о "Кавказском меловом круге".

В эфире:
31 июля 2008 года.