15.07.2013 | 19:36

В Москве отмечают 160-летие со дня рождения великой актрисы Марии Ермоловой

Исполнилось 160 лет со дня рождения Марии Ермоловой. Кумиров принято носить на руках, но ради этой актрисы публика была готова и не такие банальные подвиги. После одного из представлений драмы Лопе де Веги «Овечий источник» Ермолову увезла из театра карета, запряжённая восторженными московскими студентами. Почему? У современников нет ответа – одни эпитеты. Универсальной артисткой Ермолова не была – трагическая героиня и только. Новаторов в искусстве не признавала – даже Станиславского считала «декадентом». Но если миссия великой актрисы – воплощать идеал, её Мария Ермолова выполнила идеально. Рассказывают «Новости культуры».

В доме № 11 по Тверскому бульвару Мария Николаевна Ермолова прожила почти 40 лет. Здесь в этой спальне на третьем этаже актриса репетировала свои роли – как обычно вполголоса перед этим зеркалом.

В эту комнату – святая святых – корреспондентам «Новостей культуры» разрешили пройти только под присмотром правнучки Ермоловой. Она – Мария Николаевна, как и прабабушка. Говорит: в этой спаленке – было её самое важное и сокровенное. Портреты близких и киот с иконами и распятьем.

«Мария Николаевна была очень верующим, глубоко верующим человеком, – рассказывает Мария Варламова. – И то, что жизнь дала Богом и то, что душа её светилась и работала на того, кого она считала создателем. Что Бог дал ей талант, и она всю жизнь служила не только театру, она считала своей обязанностью служить Богу».

Страстная, героическая и трагическая – на сцене. Строгая, закрытая и скромная – в жизни. Мария Ермолова и подумать не могла, что ей самой будут молиться. Выходя мимо её портрета на сцену, многие актеры Малого театра крестятся и кланяются по сей день. Этот монументальный образ актрисы, которую называют «символом русского театра», – рождался в белом зале её дома.

«На этом самом месте по просьбе Общества Любителей Российской словесности в 1905 году Валентин Серов писал всем известный портрет Марии Николаевны Ермоловой, – поясняет Мария Варламова. – Писал он, сидя на низенькой скамеечке перед Марией Николаевной. Длилось это в течение месяца. Регулярно он приходил. Это было время поста. В пост она не играла. И она стояла, и она молчала, и он молчал».

Её молчание было всегда содержательным и естественным. Немирович-Данченко как-то спросил её – сколько Вы молчите в этом спектакле? «Сколько молчится – столько и молчу» – ответила Ермолова – великая предвестница школы Станиславского.

«Она предвосхитила немного в чем-то систему Станиславского, и сам Константин Сергеевич говорил, что он учился у великих актрис Малого театра, – говорит директор Дома-музея Ермоловой Раиса Островская. – Конечно, у Марии Николаевны Ермоловой. Она, не зная о том, что такое сверхзадача, зерно образа. Она это всё, то есть мы находим в её тетрадях с ролями».

Историю своих героинь Ермолова изучала досконально. В этом книжном шкафу остатки её книг на французском об истории Жанны Д’Арк. Кабинет сейчас выглядит немного опустошённым – часть экспонатов вывозят в музей Бахрушина. Через пару дней там открывают выставку «Жанна Д’Арк – бессмертная жизнь образа». Роль Орлеанской девы была любимой у Ермоловой. Она окружала себя статуэтками и гравюрами с её изображением. «Нет образа в мировой истории чище и светлее Жанны Д’Арк» – писала актриса. Подлинно показать готовность к самопожертвованию, внутреннюю силу и свободу - было главным для Марии Ермоловой. Будь то её Жанна Д’Арк, Эмилия Галотти, Катерина или Мария Стюарт.

Новости культуры