14.09.2011 | 09:26

Сергею Дрейдену - 70

Мастером, заключающим в себе целый театр, с полным правом можно назвать петербургского актера Сергея Дрейдена, которому сегодня исполняется 70 лет. И хотя официально он не приписан ни к одной сцене, его, наверняка, поздравят с круглой датой многие театры, с которыми он творчески связан не один год.

Так, на сцену ТЮЗа имени Александра Брянцева актер выходит в роли короля Лира. В Театре на Литейном он играет в спектаклях "Жизнь в театре" и "Потерянные в звездах". Московский художественный театр имени А.П.Чехова пригласил петербуржца на роль Гаева в спектакль "Вишневый сад". А в БДТ имени Георгия Товстоногова он потрясал зрителей в спектакле "Отец", где играл трагическую роль Адольфа, за которую получил национальную премию "Золотая маска" /2000/. Однако давно замечено, что появление этого мастера на подмостках нередко приводит к эффекту "театра в театре", настолько мощной энергетикой он обладает.

"Похоже, Дрейдену мешает большой ансамбль. И ансамблю мешает Дрейден.Уж очень он ни на кого не похож", - справедливо замечает  театральный критик Евгений Соколинский, называющий этого актера философом с большим чувством юмора. А лучшим сценическим его созданием многие и поныне считают "Немую сцену" - моноспектакль по гоголевскому "Ревизору", где мастер сумел перевоплотиться во всех персонажей великой комедии.

Минуло почти полвека с того дня, когда Дрейден вышел в большую жизнь с дипломом Ленинградского института театра, музыки и кинематографии. Начинал он в Театре миниатюр под руководством Аркадия Райкина, работал в разных труппах северной столицы и на периферии. Среди множества киноработ наибольшую известность принесла ему роль в комедии Юрия Мамина "Окно в Париж". Режиссер Александр Сокуров пригласил его в фильм "Русский ковчег", где актер пребывает в кадре почти полтора часа действия. У Владимира Бортко он снялся в "Тарасе Бульбе" и исторической хронике "Петр Первый.

Завещание". У Андрея Хржановского - в фильме-биографии "Полторы комнаты, или Сентиментальное путешествие на родину". И в каждой роли Дрейден уникален, неповторим, по-особому проникновенен. Его трагикомический дар имеет какое-то особое измерение, которое чувствуют и работающие с ним режиссеры, и зрители, идущие в театр "на Дрейдена".