23.09.2011 | 09:28

В Москве откроют мемориальную доску поэту Расулу Гамзатову

Мемориальная доска народному поэту Дагестана Расулу Гамзатову (1923-2003) будет открыта сегодня в центре Москвы. Она украсит дом 27/5 на Тверской улице, где он жил почти тридцать лет - с 1974 года до самой смерти.

Как сообщили в департаменте по культуре Москвы, перед торжественной церемонией прозвучат записи стихов Гамзатова в его собственном исполнении. Ожидается, что на открытии памятного знака будут присутствовать заместитель мэра Москвы Людмила Швецова, постоянный представитель Республики Дагестан при президенте РФ Гаджи Махачев, академик Российской академии наук Евгений Примаков и другие.

Авторами мемориальной доски стали член Московского союза художников Паата Мерабишвили и архитектор, заслуженный работник культуры Евгений Хайлов. Они изобразить Расула Гамзатова мужественным и в тоже время открытым человеком, каким он и был в жизни. Над его головой вьются журавли - главный образ его стихов. После того, как под звуки российского Гимна будет перерезана красная ленточка, прозвучит фонограмма песни "Журавли" на слова Расула Гамзатова в исполнении Марка Бернеса.

Расул Гамзатов родился в дагестанском селении Цада 8 сентября 1923 года. Его отцом был народный поэт Дагестана Гамзат Цадаса. Свои первые стихи Гамзатов написал в 9 лет. Он закончил Литературный институт имени Горького в Москве, был избран председателем Союза писателей Дагестана.

Творчество Расула Гамзатова известно не только в Дагестане и России, но и во всем мире. Его перу принадлежат десятки поэтических, прозаических и публицистических книг на аварском и русском языках, в их числе "Высокие звезды", "Письмена", "Год моего рождения". Многие стихи Гамзатова становились песнями. С ним работали такие композиторы, как Колмановский, Блантер, Бюль-Бюль-оглы, Паулс и Пахмутова. Композиции поэта исполняли Магомаев, Бернес, Кобзон, Ротару и многие другие.

В одном из своих последних интервью Газматов признавался, что "мечтает прожить хотя бы еще один год, чтобы что-то написать". "У меня осталось много незаконченных черновиков", - говорил поэт.