11.10.2011 | 09:53

"Гедда Габлер" Камы Гинкаса в Александринском театре

В петербургском Александринском театре – премьера, «Гедда Габлер». На этой прославленной сцене ставились многие пьесы Генрика Ибсена, но за «Гедду Габлер» до сих пор не брался здесь ни один режиссер. Кама Гинкас решился. Для этого он даже вернулся в Петербург, в котором не ставил три десятилетия. В центре внимания вкус к жизни против стремления к смерти. Рассказывают «Новости культуры».

На сцене – рыдающая скрипка. Кажется, струна вот-вот порвется – нервы главной героини на пределе. История Гедды Габлер держит зрителей в напряжении. Кама Гинкас уже ставил эту знаменитую пьесу Ибсена - 30 лет назад в театре Моссовета с Сергеем Юрским и Натальей Теняковой. Его новая Гедда Габлер – молодая, дерзкая, одержимая желанием свободы. Она не хочет жить как все. Все бытовое, обыденное, нормальное вызывает в ней раздражение. Кажется, она вот-вот взорвется.

«Она женщина. Что она должна рожать? Почему ? Природа требует. А почему я должна слушаться природу? Казалось бы, это так естественно, так нормально», - говорит режиссер.

Гедда Габлер замужем, как бы сегодня сказали, за культурологом. Ему вовсе не чужда простая человеческая жизнь: Йорген Тесман радуется вести о том, что Геда беременна, по первому зову бежит к больной тетушке. Взгляды супругов расходятся даже в выборе дома. Пространство, в котором они живут, словно из стекла. Вся мебель прозрачная и холодная.

«Конечно, это не мое, – говорит актер Игорь Волков. – Но так захотела Гедда. Это какой-то мавзолей, аквариум, мне там неуютно, присесть негде, все стеклянное, холодное. А пожилые люди любят пуховички, пледы. Никакого уюта, но так захотела Гедда. Я ее очень люблю, но во многом не понимаю».

Главную роль исполняет молодая актриса Александринки Мария Луговая. За кулисами в ней с трудом можно разглядеть дерзкую Гедду. Мария признается: сначала она даже считала свою героиню сумасшедшей. Но репетиции изменила такое неприятие».

«Она живет по-крупному, – говорит актриса. – Она дышит всеми порами своего тела. Механическая жизнь не для нее, она не может так, она задыхается в этом».

Каждый из нас, когда взрослеет, не хочет быть похожим на других, надеется на собственную уникальность. Но рано или поздно все мы превращаемся в общее место, говорит Гинкас. А история, написанная Ибсеном более 120 лет назад, становится в современной трактовке Гинкаса вечной трагедией человеческой невоплощенности.