03.04.2013 | 11:27

Шедевры Мусоргского и Шостаковича прозвучали в Доме музыки

Четвертый концерт сезона в рамках абонемента «Шедевры русской музыки» представил Национальный филармонический оркестр России под управлением Владимира Спивакова. Когда маэстро готовил программу, он поставил одно условие: обязательное участие баса Дмитрия Белосельского. Солисту Большого театра удалось выделить в своем плотном графике один день, чтобы в Московском Доме музыки исполнить бессмертную классику. Рассказывают «Новости культуры».

Для концерта «Шедевры русской музыки» Владимир Спиваков выбрал мощную и отчасти мистическую программу – сочинения Мусоргского и Шостаковича. «Иванова ночь на Лысой горе», «Песни и пляски смерти», «Казнь Степана Разина». Три шедевра о вечных вопросах бытия.

«Свои программы я создаю таким образом, чтобы была внутренняя драматургия, и чтобы композиторы себя чувствовали хорошо рядом друг с другом, – говорит Владимир Спиваков. – Мусоргский и Шостакович – как раз такой потрясающий пример».

Тон – горячий и беспорядочный, партиями оркестра перекликаются ведьмы, пока не сольются в один бесовский шабаш, так описывал сюжет сам Мусоргский. Фантазию «Иванова ночь на Лысой горе» композитор закончил как раз в канун Ивана-Купала. Обдумывал несколько лет, а написал всего за 11 дней. Придать оркестровке достойный гения вид взялся Римский-Корсаков.

Дмитрий Белосельский свои семимесячные гастроли подстроил исключительно под этот концерт. Только неделю назад солист Большого театра вернулся из мирового турне. В феврале дебютировал в Ла Скала, в марте – в Вашингтонской национальной опере.

«Песни и пляски смерти» спеть с оркестром – мечта любого вокалиста, – признается Дмитрий Белосельский. – И сейчас у меня еще появилось предложение спеть в следующем сезоне, чему я очень рад, но это премьера для меня».

К сочинению Мусоргского бас подступался давно, работа очень кропотливая. Говорит – здесь, как и в «Борисе Годунове», каждая нота на вес золота.

«Потрясающе совершенно, не просто хорошо, а превосходно поет Дмитрий Белосельский, – считает Владимир Спиваков. – С таким понимаем текста, слов, музыкальных задач, агогики, русской речи, внутреннего содержания духовного».

Арии-монологи, хоры, оркестровые интермедии и слова Евгения Евтушенко. Поэму «Казнь Степана Разина» Шостаковича критика называла «театральной симфонией». В исполнении Национального филармонического и маэстро Спивакова она звучит особенно ярко.

Новости культуры