25.10.2011 | 12:30

Камерный оркестр Musica Eterna выступил в зале имени Чайковского

Драматическая экспрессия и гомофония – только один вечер музыка эпохи барокко звучала со сцены Концертного зала имени Чайковского. Новую программу, состоящую из витиеватых произведений Жана-Филлиппа Рамо, представили камерный оркестр Musica Eterna Пермского государственного академического театра оперы и балета и дирижер Теодор Курентзис. В России музыку французского композитора эпохи барокко можно услышать нечасто. Рассказывают «Новости культуры».

Его стиль невозможно повторить. Музыкальные критики в один голос называют Теодора Курентзиса одним из самых креативных современных дирижеров. Для работы ему не нужна дирижерская палочка – он полностью пропускает музыку через себя, удивляя зрителей необыкновенными танцевальными па.

Чтобы раскрыть современному слушателю музыкальный стиль барокко - маэстро обратился к творчеству Рамо, чьи произведения в свое время повергли Версаль в шоковое состояние. Курентзис уверен, что сейчас, в XXI веке, музыка барокко звучит также свежо и актуально.

«Музыка барроко – это музыка жестов, ароматов, открытых эмоций, и если мы будем наблюдать, почему в наше время поп и рок актуальны, потому что люди, которые обычно не танцуют дома в офисах, им нужно выдать эту энергию. Созидать своим телом и своим духом», - считает Теодор Курентзис.

Вместе с маэстро в гастрольный тур отправилась известная певица из Канады - Барбара Ханниган. С Курентзисом они дружат уже несколько лет, но никогда прежде не выходили на сцену вместе. Ее техника исполнения филигранна, – все это позволяет в точности передать стиль барокко.

«Все мои арии в этом концерте – о любви. Это очень понятные каждому истории, но с неожиданными поворотами. Иногда я нахожусь в таком состоянии, как будто из лука я выпускаю сотни стрел по всей аудитории, а иногда - я как будто несколько обижена, что любовь отвернулась от меня», - признается певица Барбара Ханниган (Канада).

Для концерта дирижер отобрал оперы, балеты и камерную музыку Рамо. Но передать ее максимально близко к эталону, было бы невозможно без старинных инструментов, которые музыканты оркестра берегут как зеницу ока.