11.02.2013 | 11:58

«Лючия ди Ламмермур» в постановке Латвийской национальной оперы

Латвийская национальная опера продолжает московские гастроли. 8 февраля столичная публика смогла оценить «Евгения Онегина». На Новой сцене Большого театра давали «Лючию ди Ламмермур» - оперу Доницетти, написанную по роману Вальтера Скотта. И снова латышский режиссер Андрейс Жагарс при постановке оперной классики воспользовался «машиной времени». Рассказывают «Новости культуры». 

На Новой сцене Большого артисты Латвийской национальной оперы чувствуют себя свободнее и увереннее. Она напоминает им театр в Риге. Камерный зал, даже приглушенный зеленый цвет почти такой же. Режиссер Андрейс Жагарс, отдав последние цу, идет в зал. Особо волноваться не о чем. «Лючия» в афише с 97-го. К певцам присоединился только один дебютант - турок Мурат Карахан. Это его первый европейский проект.

«Быть частью этого проекта - большая честь для меня. Мы сделали очень хорошую работу. Для меня важно быть в Москве. О Большом мечтал с детства. Теперь я могу спеть в театре своей мечты. В постановке, которая на мой взгляд очень талантлива и интересна», - говорит солист Мурат Карахан (Турция).

Андрейс Жагарс перенес действие «Лючии де Ламмермур» из Шотландии начала XVII века в Италию середины тридцатых годов XX века. В эпоху фашистской диктатуры Муссолини. Герои в военной форме это – чернорубашечники. Собаки на сцене - тоже атрибут времени. Холодный мрамор напоминает то ли мавзолей, то ли саркофаг.

Главные герои – люди из высшего общества. Брат Лючии Генри Аштон - военный в погоне за чинами и званиями. Поэтому выдает сестру замуж за своего богатого начальника. Сама Лючия любит другого. Став жертвой манипуляции, Лючия убивает своего жениха, сходит с ума… и умирает. Ее любимый, не пережив эту трагедию, кончает с собой. «Мне было важно этот сюжет сделать прикрепить к жизненной реальности и создать обстоятельства, чтобы зритель верил, сопереживал и получил катарсис от ситуации», - объясняет Андрейс Жагарс.

Сонора Вайце партию Лючии поет с премьеры. Но здесь, в Большом, волнуется, хотя знает все нюансы партии. «Вчера испугалась, думала, что не звучит. Но сегодня, кажется, звучит опять, публика помогает», - отмечает солистка оперной труппы Латвийской Национальной оперы Сонора Вайце.

Московская публика Лючию приняла так же тепло, как и Онегина. Она оценила новаторство Андрейса Жагарса, прекрасные голоса, костюмы, декорации. Да и старинная шотландская драма, разыгранная по законам современной оперы, не оставила в зале равнодушных.

Новости культуры