21.01.2013 | 11:36

Конференция «Станиславский и мировой театр»

18 января в Московском Художественном театре участники конференции, посвященной 150-летию со дня рождения Константина Сергеевича Станиславского, приступая к работе, договорились не употреблять слова «великий» и «гениальный». Чтобы соответствовать заявленной теме: «Станиславский и мировой театр», в гости пригласили практически всю российскую театральную элиту и режиссеров с мировыми именами из Франции, Италии, Великобритании и Соединённых Штатов Америки. Так чем же театральный реформатор XX века так привлекает театральный мир века XXI? Рассказывают «Новости культуры».

Где еще говорить о Станиславском, как не на театральных подмостках – решили в МХТ имени Чехова и отдали под научную конференцию Основную сцену. Над «декорациями» серьезно поработали: установили столы для выступающих, приготовили места для слушателей. Как только интернациональный президиум собрался в полном составе, Олег Табаков задал тон театральным дебатам: «Что такое сегодня долговременная вера в предлагаемые обстоятельства, как актер освобождается от клише и штампов, за которые нас любят и за которые публика платит деньги».

Прозвучал из его уст и главный вопрос: как делать то, что с блеском удавалось Станиславскому – сочетать опыт купца-хозяйственника с опытом творца и реформатора – одним словом, как и куда вести театр сегодня. Первому слово предоставили британскому режиссеру Питеру Бруку. Виртуально. Рассуждал он больше не о системе – о самом Станиславском – человеке сомневающемся, осторожном, тонком, аполитичном, который первым заявил: театр – это храм. Валерий Фокин с Бруком решил поспорить – заявил, что его интересуют более конкретные вопросы.

«Чем он нам сегодня нужен? Конкретно? Или вообще не нужен? Что происходит. Вот это для меня более важная тема», - отметил народный артист России, режиссер, художественный руководитель и директор Александринского театра Валерий Фокин.

Разговор плавно перешел на темы кризиса и разрушения репертуарного театра. Здесь Фокина поддержал швейцарский коллега - режиссер Люк Бонди – руководитель французского театра «Одеон»: «За последние 10 лет театр очень изменился. Место традиционной системы Станиславского занимает метод ассоциаций. Театр – самодостаточный сам по себе - завидует кино. Забывая, что может подарить зрителю главное – тепло непосредственного общения с ним».

О главном говорили Сергей Женовач, Кама Гинкас, Евгений Каменькович и известный американский актер Мюррей Абрахам.

«Сегодня театр перестал быть доступным. Люди, до которых я хотел бы достучаться своим театром, оказались отрезанными от него. А ведь Станиславский ставил свои спектакли для всех», - напомнил актер и режиссер Фарид Мюррей Абрахам.

О роли Станиславского говорил и британский театральный режиссер Деклан Доннелан. «Станиславский сделал для нас всех одну очень важную вещь – он впустил на сцену настоящую жизнь. Его больше всего на свете интересовала сама жизнь, остальное было для него вторично», - уверен режиссер Деклан Доннеллан.

Французские, швейцарские, английские, американские, русские – театральные критики, актеры и режиссеры – как выяснилось, у каждого из них не просто свое отношение к великому реформатору, а свой собственный Станиславский. Едины они только в одном – мимо этой фигуры человеку, который имеет хотя бы отдаленное отношение к театру, – пройти невозможно.

Новости культуры