10.01.2013 | 11:12

В театре Станиславского и Немировича-Данченко представили оперу "Слепые"

«Слепые» Метерлинка вернулись в Россию почти через сто лет. В 1904-м символистскую пьесу впервые поставили в Московском Художественном. Сегодня новую трактовку произведения можно увидеть в музыкальном театре Станиславского и Немировича-Данченко. Здесь представили одноактную оперу Леры Ауэрбах, которую критики называют «одним из самых обещающих современных композиторов». В партитуре нет ни одного инструмента, она написана только для голосов без сопровождения. Дополняют оперу вокальные сцены «Песни у колодца» Елены Лангер. Рассказывают «Новости культуры».

Российская премьера оперы Леры Ауэрбах «Слепые» на малой сцене музыкального театра Станиславского – финал проекта Василия Бархатова «Лаборатория современной оперы». Своеобразным вступлением к постановке, по замыслу авторов, стала сценическая версия вокального цикла Елены Лангер. «Песни у колодца» были написаны по заказу нью-йоркского Карнеги-холла три года назад.

«Я решила отобрать фольклорные тексты, поскольку у меня были только женщины, я решила, что женщины будут жаловаться на свою семейную жизнь, будет обобщающая тема», – рассказывает Елена Лангер.

К этой постановке Елена Лангер дописала несколько сцен, добавила мужские голоса. В новой версии не только женщины обсуждают мужей, но и мужчины делятся своими секретами.

Одноактная опера Леры Ауэрбах на основе драмы Метерлинка пронизана атмосферой мистицизма. Здесь даже дирижер, символично возвышаясь над всеми, руководит с мониторов акапелльным пением вокалистов.

«На меня направлена камера и идет трансляция на мониторы, и они ориентируются по мониторам, – поясняет дирижер Александр Топлов. – Это дополнительная сложность – во-первых, нет энергетического обмена, когда вдали от коллектива, во-вторых, они в монитор не всегда дифференцируют, к кому я конкретно обращаюсь».

Символика – во всем: синхронный перевод с английского, пустые бутылки на сцене, два горящих монитора и люди, каждый в своем мире, отгородившись от реальности – не слышат и не пытаются понять друг друга.

«Люди сами не хотят ничего видеть, они – слепые, и мы проводим параллель с сегодняшним миром, то, что люди иногда глухи и слепы друг к другу», – говорит певец Максим Осокин.

Эта опера – о людях, которые не видят света, об их страхах и том ужасе, который они испытывают, понимая, что не могут выбраться самостоятельно.

«Мы попытались создать мир пост-апокалипсиса, – отмечает режиссер-постановщик Дмитрий Белянушкин. – То есть апокалипсиса мы не ждем – он уже прошел. Эти люди живут в нашем пространстве и выживают».

Их спасение – в попытке понять друг друга. Только так, встав на колени, держась за руки, обратившись в молитве к Богу, можно услышать истину и обрести спасение.

Новости культуры