12.12.2012 | 10:41

Выставка работ Анатолия Каплана открылась в Третьяковской галерее

Новый взгляд на художественное наследие Анатолия Каплана предлагает выставка, которая открылась в залах Третьяковской галереи на Крымском Валу. В этом году исполняется 110 лет со дня рождения одного из самых ярких графиков советской эпохи. При жизни известность мастеру принесли, прежде всего, книжные иллюстрации. Однако оформление Капланом произведений Шолом-Алейхема подверглось разгромным рецензиям. Такой же была реакция на первый авторский альбом, изданный в 1972-м году. В юбилейную экспозицию Анатолия Каплана в Третьяковке вошли работы из частной петербургской коллекции. Рассказывают «Новости культуры».

Таким, в 35-м он представлял себя сам – почти невесомые, тонкие карандашные линии. Два его любимых цвета – черный на белом, потом будут в работах, про которые скажут – лучшие литографии ХХ века. Словно прозрачная невеста, реальный, будто с фотографии обряд венчания – иллюстрации к роману Шолом-Алейхема «Стемпеню» – но как много в них того, что было частью его самого.

«Он всегда был верен какой-то своей теме, – рассказывает заместитель директора Третьяковской галереи Лидия Иовлева. – Как говорят, “все мы родом из детства” – вот это тоже из детства – окраины Российской Империи, Витебск, откуда родом Шагал, Рогачев и еще какие-то другие местечки, и это особый быт, особый, сложившийся десятилетиями, а то и столетиями, быт еврейских местечек, это черта оседлости».

Про белорусский маленький Рогачев – вот он на рисунке влажный и серый, откуда он уедет в 20-х, узнают в Ватикане, Дрездене, Лондоне и Нью-Йорке – его картины в крупнейших музеях мира. Когда Каплан появился в Третьяковке – музейщики сейчас признаются – его называли фигурой таинственной. Художник, который иллюстрации к «Заколдованному портному» Шолом-Алейхема стал делать в 50-х, всего через несколько лет после гибели режиссера Михоэлса. Почему он на это решился, и, главное, как в свои работы включал тексты на идиш?

«В какой-то момент его очень много печатали, – отмечает заведующая отделом графики ХХ века Государственной Третьяковской галереи Наталья Адаскина. – Его альбомы печатали за границей, в Германии, он участвовал в выставках зарубежных, и, причем, это был один из немногих, а, может, и единственный, кому это позволялось делать».

Реальный сюжет и такое, необычное оформление – картина в картине, где рамка – толи зеркало, толи книга – и снова те же самые, из детства истории, люди, традиции. Многие работы из частной коллекции Исаака Кушнира – он и сам признается – обладатель самого большого собрания Анатолия Каплана. Собирать его картины начал сразу, как только увидел впервые.

«Если посмотреть на вещи, которые висят у меня за спиной, это все мое детство, – говорит коллекционер. – Я гонял этих козочек, я оставался вместо пастуха, у нас дома были две козы. Вот эти две козы мне представляются, что они – это те самые две козы, молоко которых я пил с детства».

Он прорабатывал каждый миллиметр литографского камня – за этот метод его называли мучителем камня. Но при печати потом появлялось мерцание – и то, что было разрушено и что почти не осталось, вдруг и правда – сияло – каким-то особым идеальным миром, тем, что он помнил из детства.

Новости культуры