26.12.2011 | 10:24

"Сказки Гофмана" Жака Оффенбаха – премьера Мариинского театра

Сегодня вечером в Мариинском театре дают первую оперную премьеру сезона. «Сказки Гофмана» Жака Оффенбаха поставил режиссер Василий Бархатов. Опера будет исполняться на французском языке. Со дня успешной премьеры в Париже в 1881-м году «Сказки» завоевали не одну сцену мира, и, тем не менее, не избежали нещадных искажений. Однако в Мариинке этой «лебединой песне» композитора вернули авторское звучание. Рассказывают «Новости культуры».

В Мариинском театре работа над новым спектаклем, кажется, не прекращается ни на минуту. С раннего утра до позднего вечера – прогоны, смена составов, декораций. Создатели новых «Сказок Гофмана» признают: эта опера – одна из самых популярных в мире, но при этом готовы предложить зрителю свой взгляд на историю немецкого сказочника.

«Нельзя до премьеры говорить, насколько новаторским будет спектакль – судить публике, – считает Валерий Гергиев. – Но спектакль будет становиться на ноги, и у нас есть большое желание играть его достаточно часто, в течение уже даже этого сезона».

Слово «Сказка» – только в названии. Для Василия Бархатова – это рассказ об одиноком человеке, переставшем чувствовать грань между реальностью и мечтой. Во время очередного прогона режиссер – словно тень – ходит между артистами. Те, кажется, его не замечают, но прислушиваются к каждому слову, повторяют каждый жест. Режиссер требователен к солистам. И уверен, публике тоже предстоит потрудиться.

«Это не песенка Фортунио какая-нибудь Оффенбаха, – говорит Василий Бархатов. – Это очень серьезное произведение, к которому также серьезно надо зрительски подходить. И для меня это одно из самых дорогих таких произведений».

Грандиозные, сказочные декорации придумали режиссер Василий Бархатов и художник Зиновий Марголин. В этом доме живет любовь писателя Гофмана. Соседская девушка, недосягаемый идеал. Войти в ее жизнь он не смеет, потому просто придумывает истории, представляет ее то куклой, то певицей, то куртизанкой. Три трагические истории любви – три акта, три масштабные смены декораций.

«Трансформация пространства из просто его квартиры. И все эти разделения – не более, чем плод воображения – вам это показалось, ничего этого не было. Это все в сознании Гофмана», – рассказывает Зиновий Марголин.

В этой опере партии всех злодеев исполняет один солист – так задумывал сам Оффенбах. Миракль, Дапертутто, Копеллиус и альтер-эго Гофмана – Линдорф – все это поет Ильдар Абдразаков.

«Это разные, конечно же, характеры, – говорит Абдразаков. – Единственно голос не поменять – поэтому все пою своим голосом».

Есть у «Сказок Гофмана» Мариинского театра и еще одна особенность.

Главное дело своей жизни – эту оперу – Оффенбах так и не закончил. Не услышал финальную оркестровку и не увидел постановку на сцене. Отсюда так много вариантов редакций. В Мариинке не боятся ни мистики «Сказок Гофмана», ни музыкальных трудностей – решили работать с самой полной из всех партитур.