18.01.2012 | 10:43

"Домашний альбом" итальянского неореализма в центре фотографии имени братьев Люмьер

Парадоксально, но явление, известное всему миру как «итальянский неореализм», в самой Италии так и не стало «мэйнстримом». По подсчетам специалистов, из восьмисот с лишним итальянских картин, снятых в 1946-53-м годах, к этому течению можно отнести не более 90 лент. Как заметил Петр Вайль, важнейшим стилистическим и идейным феноменом неореализм стал за рубежами Италии – и, прежде всего, в России: «итальянцы реабилитировали быт, и более того, сочетание быта с высотами искусства». Еще одна возможность убедиться в этом выставка «Фотография и неореализм» - масштабная экспозиция, которая открылась в столичном Центре Фотографии имени братьев Люмьер. Рассказывают «Новости культуры».

Дзаваттини – итальянский драматург и кинокритик в нелегкие для Италии послевоенные годы призывал не отвлекаться на романтические сюжеты и хэппи-энды, а обратить внимание на реальные судьбы простых людей, контрасты богатства и бедности. Этот совет дал старт итальянскому неореализму не только в кино, но и в фотографии. Фотовыставка итальянских фотографов 40-х – 60-х годов в Центре фотографии имени братьев Люмьер – одно из последних событий обменного года Италия – Россия.

Анна Маньяни бежит по улицам Рима, по ним же в поисках похитителей велосипедов бродит герой фильма Витторио де Сика. Эта военная и послевоенная, черно-белая, несчастная и бедная Италия вдохновляла не только кинорежиссеров, но и фотографов.

«Такие картинки окружали меня в детстве, моя семья жила немного побогаче, но эти лица точно с соседней улицы», – вспоминает посол Италии в РФ Антонио Дзанарди Ланди

Антонио Дзанарди Ланди родился в Удине, регион Фриули. Эти фотографии для него все равно, что из домашнего альбома. «Фриульская группа новой фотографии» образовалась как раз во времена его детства. Следуя примеру неореалистов в кино, они направляли свой объектив на уличные сценки, игры детей, религиозные шествия, быт рыбаков и крестьян.

«Мы все время были то под венецианцами, то под австрийцами, а в послевоенные годы стали ощущать себя – думать, кто мы и что нам делать, чтобы выйти из бедности?» – говорит Антонио Дзанарди Ланди.

Адриано дель Аста, директор Итальянского института культуры в Москве – уроженец Северной Италии, ходил в школу в такой же форме, помнит такие машины, дороги и дорожные знаки. На первый взгляд – бедно, но он знает, потом был подъем. В послевоенные 50-е итальянские неореалисты нащупали выход из кризиса, считает Адриано дель Аста.

«В неореализме была интуиция, что в реальности есть не только факты, но тайна…новые возможности, надежды», – говорит он.

Луиджи Кроченца – имя застрельщика неореализма в итальянской фотографии. Придумал жанр фото-истории, фото-романа. Считал цель фотографа показать фильм на печатной странице. Иллюстрировал книги, снимал Сицилию. Итало Дзаньер свои фрески из множества фотографий называл фотообоями. Альдо Бельтраме, Фульвио Ройтер, Джани Беренго Гардин – они прославили итальянскую фотографию, не меньше, чем Микеланджело Антониони и Лукино Висконти прославили итальянское кино.

«Это обращение к простым людям, следующий период будет дольче вита, паппараци», – говорит сотрудник Центра фотографии братьев Люмьер Татьяна Гущина.

Постепенно крупнозернистые фото бедного быта становятся все более поэтичными, и все сюжеты сводятся к одному – любовь. Марио Джакомелли со своим циклом «Мужчина, женщина, любовь» – в итальянской фотографии аналог Федерико Феллини в кино – поэзия побеждает реальность.

Читайте также: 

В Москве открывается выставка итальянского неореализма