01.11.2012 | 12:45

45 лет с момента публикации романа Маркеса "Сто лет одиночества"

Габриэль Гарсиа Маркес заставляет людей поверить в универсальность мифотворчества. Создавая свои миры, именно миры, а не просто романы, он чувствует себя абсолютно счастливым, и пытается передать это ощущение эйфории своим читателям. В этом году у Маркеса сплошь знаменательные даты: он отметил 85-летие, ровно 30 лет назад он стал лауреатом Нобелевской премии по литературе, и 45 лет прошло с момента публикации романа «Сто лет одиночества». Эти даты отмечают и в России. В Институте Сервантеса открылась выставка, посвященная мастеру и его роману. Рассказывают «Новости культуры».

Художники российские и латиноамериканские, живущие в Москве, визуализировали свои любимые цитаты романа. Они приводятся тут же - на стенах рядом с картинами. На испанском и русском.

«Буквально за две недели до открытия выставки художники стали приносить работы. Мы были потрясены, что не было ни одного повторения. Не повторилась ни одна цитата. Фактически не повторялись образы. А оказалось, что каждого художника в этом романе волнует что-то свое», - рассказывает куратор выставки Татьяна Пигарёва.

Неуловимость образов и ситуаций, магический мир, пластика и фактура произведений давно завораживают Омара Годиенеса, который был лично знаком с Маркесом.

«Кроме картины инсталляция присутствует. Она превращается в объемную. И люди могут подойти к машине и продолжать произведение «100 лет одиночества» - у каждого оно свое» , - объясняет художник Омар Годиенес (Куба).

Перевод появился в России в 68-м. Успешно прошел строгую цензуру в Союзе писателей. Маркесовский магический реализм сравнивали с айтматовским. Советская интеллигенция заболела романом. «100 дней одиночества» стал нашим родным.

«Безысходность этого романа, его цикличная трагичность тоже была нам очень близка, потому что никто не видел, когда же закончится то, что происходит в советское время. Поэтому он нам был очень близок», - считает сотрудник Института Сервантеса Анна Школьник.

Маркеса молодые читают по-своему, поколение постарше перечитывает по-новому. И поражается обилию красочных сюжетов. Для Константина Сутягина Маркес – словно сундук, набитый множеством историй.

«Я потряс головой и подумал, что же у меня всплывет после этого романа. И я вспомнил – мужик с пистолетом и баба в гамаке – две темы, которые выходят из романа в нашу повседневную жизнь», - отмечает художник Константин Сутягин.

Таких сочных, насыщенных маркесовской энергией работ, писанных в России, даже латиноамериканцы не смогли сотворить. И, может быть, после Москвы выставка отправится в Колумбию. 

Новости культуры