11.06.2004 | 10:00

Театр-цирк "КРАКАТУК" - мировая премьера

Сегодня в Петербургском цирке на Фонтанке состоится мировая премьера театра-цирка "КРАКАТУК" по сказке Гофмана "Щелкунчик и мышиный король".

Новый проект Андрея Могучего ("Формальный театр", Санкт-Петербург) - это необычный синтез жанров - цирка, театра, современного мультимедийного и изобразительного искусства, а еще модерн-данса.

Таинственная и фантастическая повесть Гофмана уже побывала и балетом, и драмой, и мультфильмом, и кукольным спектаклем. Теперь она предстанет перед зрителями в необычном для России гибридном жанре "театра-цирка". Здесь сцена пользуется средствами цирка, когда ей нужны чудеса - полеты и превращения, а цирк превращается в театр, потому что он хочет изумить красотой и рассказать историю, а не поражать рекордами.

Слышали вы когда-нибудь про европейский "новый цирк"? В нем трюк - средство, а не цель. В нем никто не считает минуты, килограммы, обороты и количество предметов, никто не подчеркивает барабанной дробью особенно сложные моменты, и потому зрители не всегда понимают - они видели что-то рекордное или простое. Классические циркачи этого терпеть не могут. В России нового цирка практически нет, если не считать номеров, которые с нашими артистами поставил Валентин Гнеушев, впрочем, большинство из них давно катаются только за границей, беря бесконечные призы на цирковых фестивалях. Гнеушев один у нас умеет сочинить номер, превращающий традиционный трюк, с которым артист рождается и живет до самой пенсии, - в бесплотное видение, поэзию и мечту (вы наверняка вспомните его печального Пьеро, жонглировавшего своими пышными воротниками или гуттаперчевых гимнастов, ставших парой влюбленных леопардов). Главные любители "нового цирка" - это французы, у которых цирк вообще в чести. Впрочем, они, стремясь отмежеваться от классического цирка рекордов и самодовлеющих трюков, стараются выдать свой "новый цирк" за театр. Вроде знакомого российским зрителям знаменитого лошадиного театра "Зингаро", создатель которого Бартабас ненавидит, когда его эстетские конные шоу называют цирком. Да и в других странах "новый цирк" бежит с цирковой арены в камерный театральный зал. Теперь не только клоунские представления идут по ведомству театра, в театральных залах идут и очаровательные шоу мыльных пузырей, и прелестные представления цирка Жерома Тома, у которого жонглирование превращается в джазовый танец.

И вот принципы "нового цирка" берет на вооружение известный и весьма радикальный театральный режиссер, ставя нового "Щелкунчика". Задуманный в конце XIX века спектакль-феерия на музыку Петра Ильича Чайковского был, прежде всего, пышным и роскошным зрелищем. Знаменитый советский балет Григоровича на ту же музыку был историей взросления маленькой героини. Фантазия Могучего соединяет рассказ о взрослении современной 12-летней девочки Маши с историей любви и помещает его в атмосферу причудливых и фантастических снов современного городского подростка.

Зритель увидит взмывающую в небо трехметровую суповую тарелку, россыпь золотых орехов. Во время волшебных сцен любви герои будут парить в воздухе, а вокруг будут идти бесконечные превращения - все будет полыхать огнем и вскипать пеной. Страшные кибермыши с мониторами в головах сумеют превратить юного Машиного защитника в свое подобие. И, конечно, вам никогда не приходилось "в живую", а не на экране, наблюдать такую феерическую сцену воздушного боя армии игрушек с армией кибермышей, какую придумал Андрей Могучий.

Театральный художник Александр Шишкин сочинил для этого спектакля невероятные конструкции, а Алексей Богданов сделал уникальные трансформирующиеся костюмы, поражающие воображение не меньше цирковых фокусов.

В новом проекте использована и музыка П.И.Чайковского в исполнении симфонического оркестра под руководством Евгения Светланова и ее современная электронная обработка известных петербургских композиторов и ди-джеев Игоря Вдовина и Олега Гитаркина.