15.06.2004 | 13:28

В Лондоне – выставка работ русской художницы Тамары Лемпицкой

Альберт Эйнштейн сказал однажды: если моя теория относительности подтвердится, то немцы назовут меня немцем, а французы – гражданином мира, если же нет, то немцы будут считать меня евреем, а французы – немцем. История поучительная – любая страна мира борется за право назвать гениального или просто талантливого человека своим гражданином. Художники не исключение. Вспомните Кандинского хотя бы - немцы пишут: "немецкий художник русского происхождения", французы причисляют его к своим. Имя русской художницы Тамары Лемпицкой в нашем отечестве известно теперь лишь немногим. А вот в Англии, например, ее работы пользуются сейчас очень большой популярностью. Выставка, открывшаяся в Королевской академии художеств - еще одна прекрасная иллюстрация.

Королевская Академия Художеств. Пикадилли. Лондон – демократичный и традиционный. Здесь с интересом встречают новое, но особенно ценят – старое. Даже, если это старое – принадлежность другой культуры. Имя русской художницы 20-х годов прошлого столетия, иммигрантки первой волны Тамары Лемпицкой здесь у многих на слуху - в ее честь собрались дипломаты, российские и британские бизнесмены и творческая интеллигенция обеих стран. Повод – 450-летие российско-британских дипломатических связей. Почему же британцы так интересуются этой роковой женщиной, российской подданной, родившейся в Варшаве, жившей в Париже и Петербурге, чей прах развеян над мексиканским вулканом?

Саймон Франклин. Руководитель русского отделения Кембриджского университета: "Я воспринимаю эту выставку как явление в широком смысле русской культуры в Лондоне".

Собрать работы художницы из музеев и частных коллекций стоило большого труда членам благотворительной организации, пропагандирующей русское искусство за рубежом. Некоторые картины – под защитой пуленепробиваемого стекла. Таковы жесткие условия коллекционеров. Лемпицкая на Западе в моде – открытки с репродукциями ее работ тоннами продаются рядом с центром Помпиду, в западной парфюмерной индустрии появились духи с ее именем. Тогда же, в 20-е, великосветскую художницу полюбили за обнаженных женщин с густо накрашенными губами, за то, что выразила дух эпохи. Сегодня - творения наследницы кубизма и арт-деко, баронессы (так к ней обращались в Париже), с интересом изучают англичане и русские, живущие в Лондоне.