09.09.2004 | 16:56

Юбилейная выставка анималиста Андрея Марца

Искусство анималистики уходит корнями в глубокую древность. Именно с изображения животного в каменном веке началась история изобразительного искусства. Позже рисунки животных выполняли роль магических ритуальных символов, служили декоративными орнаментами, рассматривались как аллегории. Скульптура малых форм заслуженного художника России Андрея Марца – гимн искусству анималистики всех времен и народов. Но на счету мастера, которому в этом году исполнилось бы 80 лет, не только десятки выставок в России и за рубежом и сотни произведений в частных коллекциях. Андрей Марц был еще и автором ряда технологических новшеств которые он успешно применял в своих работах. Накануне в этом убедилась наша съемочная группа, которая побывала на открытии юбилейной выставки художника в Московском музее современного искусства.

В анималистике – прародительнице всех искусств - велосипеда, вроде бы, не изобретешь. И все же некие новые правила игры для себя Андрей Марц придумать сумел. Так однажды он решил использовать в литой скульптуре проволоку.

Людмила Марц, вдова скульптора, искусствовед: "Ведь как льется…Льется целиком литая форма. Он вставлял кое-где проволочки, и это отливалось вместе. Вот, кстати, северные олени. Проволочные ноги подкованные. И проволочные рога".

Контраст ажурного металла и цельнолитых поверхностей Андрей Марц использовал довольно часто. А вот кружевной жираф – это уже отдельная история. Увидев однажды в ночном Париже Эйфелеву башню и дома, светившиеся многочисленными окнами - этакую желто-черную шахматную доску, скульптор понял, что ключ к решению образа жирафа найден.

Людмила Марц, вдова скульптора, искусствовед: "Вот, что самое важное у Марца, - это абсолютно точный образ. У него они очень четкие по силуэту. Силуэт всегда прорабатывался, и всегда он должен был четко читаться и работать на тот же образ. Все должно работать на образ".

Который, как и положено, рождался прежде на бумаге. Блестящий рисовальщик, Андрей Марц делал к каждой скульптуре десятки зарисовок. Среди коллег он славился острым глазом.

Людмила Марц, вдова скульптора, искусствовед: "Он сидел в мастерской по 12-14 часов. Когда я ему говорила, поедем куда – нибудь отдохнуть, он говорил: "А что я там буду делать?". Никаких суббот, воскресений. Вся жизнь в мастерской".