27.01.2012 | 12:23

Шекспировский "Лир" из петербургского "Приюта комедианта" расколол московскую публику

Петербургский театр «Приют комедианта» привез в Москву «Короля Лира» в постановке Константина Богомолова. Премьера состоялась в сентябре прошлого года, но страсти вокруг спектакля не улеглись до сих пор. На их фоне споры литературоведов по поводу самого первоисточника – пьесы Шекспира, кажутся милым церемониальным расшаркиванием. У Богомолова, кажется, все оказалось под прицелом кривых зеркал. С точки зрения одних создатели спектакля глумятся над классикой и российской историей, другие увидели прорыв в новую театральную реальность. На то, чтобы составить свое собственное мнение есть еще два вечера в Театральном центре «На Страстном». Рассказывают «Новости культуры».

Уже на первом показе понятно: Москва действительно ждала этого Короля Лира. В зрительном зале установили дополнительные кресла. Мест все равно не хватило. Критики в фойе гадали: сохранит ли постановка всю свою дерзость и злободневность при переносе на другую сцену?

«Я сама, честно говоря, переживаю за то, как он пройдет, потому что в спектакле такая тонкая стилистическая и жанровая игра, при которой вот буквально, если ты отклоняешься на микрон – все, сваливается в капустник», – говорит театральный критик Марина Давыдова.

Кремлевские стены и одновременно советская квартира. Вся сцена усыпана щепками кровавого цвета. Они – как результат совсем недавней «рубки леса». Король Лир в прочтении Константина Богомолова живет в России, во времена Великой Отечественной. Свою главную цель режиссер не скрывает: показать апокалипсис, что наступил еще 70 лет назад.

«У нас нет кадров того, что было сделано царем Иродом, но любой школьник может в интернете найти кадры Холокоста, – говорит режиссер. – Одно дело – жить с библейской легендой о жестокости, а другое – с наглядным фактом, документальным».

Урок истории – мировой и отечественной. Тексты Шекспира герои произносят наравне с текстами Библии, Ницше, поэзией Маршака, Шаламова, Целана. Музыка – от советской классики до «Раммштайна». Монолог Лира переходит вдруг в откровение Иоанна Богослова. Пьяная брань – в казачью песню. Повар Богомолов преподносит блюдо чрезвычайно острое. Обильно поливает его соусом из аллюзий – литературных, политических, философских.

Зрителя здесь постоянно провоцируют. Откровенными сценами, черным юмором, матом. Досмотреть до конца получается не у всех.

Зрители делятся впечатлениями:

«Очень грустно, когда дилетанты пытаются эпатировать, а эпатаж получается очень дешевым, неостроумным, без фантазии. Грустно смотреть, а еще и зал смеется».

«Ничего нового, ничего волнующего. Вообще – ничего – ни игры, ни смысла».

Все женские роли в спектакле играют мужчины, и наоборот. Король Лир в исполнении Розы Хайруллиной и тиран, проклинающий своих дочерей, и сам ребенок – беспомощный, умирающий.

«Мы с Костей говорили, почему Лир не вызывает ни в одной постановке сочувствия? – рассказывает Роза Хайруллина. – Он деспот такой. А он человек, и человек брошенный. И он открывает мир, когда его бросили. И как с этим жить?»

Спектакль-аттракцион, где намешано слишком много. Разобраться во всем с первого раза даже опытные шекспироведы и театральные критики не смогли.

«У меня нет никаких окончательных ответов, – говорит критик, историк театра Алексей Бартошевич. – Для того, чтоб сказать нам все, что здесь было сказано (а было сказано очень много всего интересного) нужная была эта пьеса? Нужен был этот автор? Да, я не понимаю, зачем здесь Ницше? Да, я не очень понимаю, зачем здесь ранний Маршак?»

Сам Богомолов признается: во время создания этого спектакля впервые в своей карьере ничем не был ограничен. Шутит: вот к каким последствиям приводит полная свобода художника. А в Театральном центре на Страстном готовятся к проведению четвертого – дополнительного – показа. Билеты на все запланированные уже проданы.

Читайте также: 

«Король Лир» в жанре интеллектуального аттракциона