31.01.2012 | 12:50

Первый съезд кладоискателей

Мода на кладоискательство, пришедшая не так давно в Россию, сейчас представляют реальную проблему. Ежегодно в результате несанкционированных раскопок «черные археологи» разрушают огромное количество памятников. В этой связи наболевший вопрос «кому, а, главное, как работать на раскопках» обсуждался в Санкт-Петербурге на Первом Международном съезде кладоискателей. Проще говоря, любители приборного поиска фактически решали судьбу металлодетекторов в нашей стране. Рассказывают «Новости культуры».

Эта история наделала много шума. Сентябрь прошлого года. Деревня Краколье в Ленинградской области. Правый берег реки Луги буквально усыпан костями. Древний могильник вожан - некогда многочисленной финно-угорской народности - разрушили «черные копатели». Искали монеты. Само по себе захоронение, датированное еще XVI веком, их явно не интересовало. Черепа безжалостно отбрасывали в сторону, навсегда лишая ученых возможности изучить историю и традиции жителей этого района.

«В Ленинградской области абсолютно все археологические памятники имеют следы несанкционированных раскопок с использованием металлодетекторов, абсолютно все. В других регионах России не менее печальная ситуация, в Сибири, на Дальнем Востоке. На данный момент можно сказать, что единичны те памятники, которые не подверглись несанкционированным раскопкам», - рассказывает старший научный сотрудник Музея-усадьбы Н. Рериха Иван Стасюк.

Металлодетекторы из орудия давно превратились в оружие, уверены археологи. Речь, конечно, о России. Дело в том, что в нашей стране они доступны всем и каждому. Были бы деньги. Между тем, именно приборный поиск, по мнению специалистов, наносит непоправимый урон археологическому наследию страны.

«Металлодетектор выдергивает находку непосредственно из земли, с какой-то глубины - 10, 15, 20 сантиметров. Ты не можешь ее привязать к слою, на котором она лежала. Археология же ведет такое понятие, как "слои". Когда ты находку находишь в каком-то слое, ты можешь ее привязать к определенному возрасту, периоду», - объясняет кладоискатель Дмитрий Нужненко.

На территорию памятников законопослушные кладоискатели стараются не заходить. За уничтожение и повреждение всего, что имеет историческую или культурную ценность, предусмотрена уголовная ответственность. Правда, штраф не велик. От двухсот до пятисот минимальных размеров оплаты труда. Максимум - лишение свободы. На два года.

«Находки уходят на черный рынок, контрабандой уплывают за рубеж и в подавляющем большинстве случаев исчезают из поля зрения науки. Есть одиночные, редкие примеры позитивного сотрудничества, и с законопослушными людьми, уважающими действующее законодательство, мы всегда готовы сотрудничать, но, к сожалению, их единицы на фоне тысяч и тысяч людей, законы презирающих», - отмечает археолог, старший научный сотрудник Музея-усадьбы Н. Рериха Иван Стасюк.

Вот один из таких положительных примеров взаимовыгодного сотрудничества кладоискателей и археологов. Как раз недавно в Исторический музей Москвы передали уникальную находку - около трех тысяч монет времен Ивана Грозного.

«Любители приборного поиска провели огромное количество находок для музеев. И сдавали это абсолютно безвозмездно. Это были и клады, это были потрясающие реликвии, это были изделия из серебра, изделия из золота. И они касались не только периода Российской империи, но это были и многие тысячелетия до нашей эры», - вспоминает кладоискатель Александр Мельниченко.

Как раз на этом съезде кладоискатели и археологи вновь попытались придти к соглашению. Первые просили легализовать использование металлодетекторов. Вторые настаивали на ужесточении закона в отношении «черных копателей».

В противном случае, история, которая произошла минувшей осенью в деревне Краколье, может вновь повториться. Ведь не за горами весна - начало сезона раскопок. В том числе, незаконных.