13.01.2005 | 17:00

Назаров Юрий Максимович. Хобби - снимать

Он мечтал стать оператором с третьего класса. Первый свой фотоаппарат он сделал сам, купив в комиссионке объектив. У него был добрый взгляд и глаз профессионала.

13 января 2005 года на 68 году жизни Юрий Максимович умер.

Это интервью Юрий Максимович дал сайту tvkultura.ru в августе 2004 года.

Из тени в свет перелетая - без ландрина

- С чего начинали?
- Начал работать телеоператором на Шаболовке, после окончания двухгодичных курсов по подготовке, с отрывом от производства, творческих работников ТВ. На курсах готовили художников, операторов, режиссеров для строящегося нового комплекса ТВ «Останкино», так как количество сотрудников, которое было на Шаболовке, не могло обеспечить работу новой телестудии. До этого работал в различных московских театрах, окончив ТХТУ – Московское театральное художественно-техническое училище по специальности «театральный свето-электротехник».
Окончив курсы ТВ, начал работать оператором на Шаболовке. В те времена была бригадная система: ведущий оператор и три оператора. ТЖК не было, были только ПТС и павильоны в студии. И в основном съемки - живьем. Вот это было самое интересное и самое жуткое. В основном снимали спектакли. В неделю один спектакль выходил обязательно, не из театра, а из павильона – оригинальный или театральный. В общем - как кино, но только - живьем. Это была очень ответственная и сложная работа. Видеомагнитофонов не было, была только съемка с монитора. А потом появилась видеосъемка, съемка на магнитную ленту. Съемка на видео происходила без монтажа, поэтому, если происходили остановки съемки по вине актера, оператора и т. д., то все приходилось начинать сначала.
Я работал в бригаде Жабченко, это был классик телевидения. Владимир Кузьмич был лучшим оператором на телевидении.

- Что значит лучший оператор?
- Прекрасно снимал, великолепно владел мизансценой, светом, прекрасно работал с актерами.

- Но ведь у оператора один взгляд, а зрителю, может быть, такой угол зрения не нужен?
- А зритель здесь уже не хозяин. Хозяин изначально - режиссер, а потом – оператор.
Режиссер и оператор – это тандем. Я работал со многими режиссерами, но тандем получался далеко не всегда, и тогда - это беда. Если я не понимаю, не чувствую режиссера, то работать с ним вряд ли еще буду.
А вот с Андреем Торстенсеном работаем в тандеме – он меня понимает, а я его.

- Почему режиссеры у всех на слуху, а операторы – нет?
- Это я объясню: это все пресса. В титрах есть все, кто работал или работает на телевидении. Раскройте любое издание – режиссер, актер есть, а оператора - нет. А как без оператора можно снять фильм? А ведь оператор – глаз режиссера.

- Что для вас режиссер, когда вы чувствуете, что вы – его глаз?
- Во-первых, это когда режиссер доверят оператору: он объясняет задачи, а я воплощаю его замысел.

- Важны объяснения режиссера или интуиция оператора?
- Хороший режиссер хорошо объясняет, а хорошая интуиция хорошему оператору помогает воплотить этот замысел. Но сейчас, к сожалению, большинство режиссеров и операторов плохо представляют, что такое телевидение, особенно молодые. Очень низкий профессиональный уровень. Как можно за два месяца подготовить оператора? Это нереально. Я шел к операторской работе всю жизнь.

- От света много зависит?
- Оператор – это прежде всего мастер света. Это изначально. Светом можно сделать все – можно сделать блистательно и можно все запороть.

- Сейчас кроме света есть цвет…
- С цветом работать еще сложнее. Сейчас с цветом никто из режиссеров практически работать не умеет. Вот великие, допустим, Эйзенштейн. Во второй серии «Ивана Грозного» одна часть была снята в цвете. Он был гений цветового решения: два цвета – черный и красный. Почему я говорю об этом: в конце 60-х на Шаболовке была организована экспериментальная цветная редакция. Там был главный редактор, свои художники, свои режиссеры и группа операторов, которые работали только с цветным изображением. Редакция просуществовала два года. Мы научились работать с цветом, избегать на экране «ландрина».

- А что это такое?
- Это когда на экране бешенство цвета, не буйство, а именно бешенство. Вот то, что сейчас постоянно на экране. Культуры цвета сейчас нет. И это раздражает не только меня.

- Сейчас столько техники, а почему у многих операторов съемки не получаются?
- Не получается почему? Таланта нет. Операторскому ремеслу можно научить. Ремеслу, но не таланту. И любить надо свою профессию. Если не любишь, лучше сразу уходить. Непрофессионализм сразу виден на экране.

- Какая работа запомнилась больше?
- Все работы с Андреем Торстенсеном, Сергеем Юрским, Валерием Кремневым.

- Как актеры относятся к оператору?
- Трепетно, если чувствует, что оператор талантлив. В работе с актером важно найти выгодный ракурс.

- Назовите лучших операторов?
- Те, у кого я учился, – Жабченко, Тюпкин, - их я считаю телевизионными классиками и лучшими операторами. Среди молодых не могу назвать никого.

- А у вас есть хобби?
- У меня хобби нет, у меня хобби – снимать. Я, правда, рисовал – акварелью, маслом. Хобби… Скорее всего, фотография. Конечно, фотоаппаратов разных у меня много. Мне интересно самому и печатать фотографии. Всю жизнь сам проявлял пленки, сам проявитель составлял.

- А среди женщин есть хорошие операторы?
Конечно. Мало, но есть. На телевидении – Голдовская.

- Обычно мечтают стать актером, а почему вы мечтали стать оператором?
- Оператором я мечтал стать уже с третьего класса. У меня появилась «болезнь» какая-то – я должен был фотографировать. Но тогда, после войны, это была проблема. Первый свой фотоаппарат я сделал сам, широкопленочный. Мама дала немножко денег, я в комиссионке купил объектив. И исходя из этого объектива, соорудил себе первый аппарат. Потом загорелся кино. У мальчишки какого-то был проектор широкопленочный, мы выпросили в кинобудке для раккордов пленку, на ней рисовали кадры и делали свое мульткино. Откуда это пошло, не знаю. Мой старший брат Володя – физик-ядерщик - был заядлый фотограф и заядлый путешественник, он был фанатик кино, сам снимал на 16-миллиметровую пленку все свои путешествия. Он меня сначала многому учил, а потом уж я профессиональные советы ему давал. Видимо, у нас что-то генетическое.

- В трудное время мама выкроила вам из семейного бюджета деньги на объектив, расскажите о маме.
- Мама перебрала за свою трудную жизнь много работ – кормила двух сыновей. Отца расстреляли в 1938, матери только сказали, что он вторично осужден без права переписки. Она все добивалась места захоронения. Захоронен в Медвежьегорске. Был фильм о Волго-Балте, и он там есть в одном кадре. На канале отец работал инженером. Мать всегда говорила, что она ходила смотреть фильм и плакала. Он написал ей, что если хочешь увидеть меня, смотри фильм. Там на канале отце получал приличные деньги, присылал матери, ей хватало. А когда его не стало, и нас три человека – это вообще завал, умирай с голоду. Отца судили в Москве, потом отправили в Мелекесс, она за ним поехала, там родила меня и успела показать меня отцу.

Памяти Юрия Назарова...
Коллеги знали, что всеобщий любимец Юра Назаров в последнее время не слишком хорошо себя чувствует. Пытались как-то подбодрить его, хотя он никогда не жаловался, оптимизмом своим всегда удивлял... Лишь немногие были в курсе истинной тяжести того диагноза, что был поставлен ему врачами.

И вот случилось непоправимое. 13 января 2005 года его не стало. Ушел из жизни человек, чьими глазами мы видели многое из того, что создано на отечественном телевидении.

Юрий Максимович Назаров отдал профессии телеоператора почти сорок лет. Его богатейший опыт и удивительный талант оператора-постановщика, а в последние годы и руководителя отдела операторов, помогли становлению телеканала «Культура», на который он пришел одним из первых. Сколько прекрасных музыкальных трансляций под его руководством было проведено за эти годы - из Большого и Мариинского театров, из Большого зала Московской консерватории, сколько замечательных фильмов создано с его участием - «Сад радости и печали» (о С. Губайдулиной), «Дух дышит, где хочет» (об А. Шнитке), «Незнакомый Глинка», документальный сериал «Русская пятерка», сколько оригинальных телеспектаклей, снятых Юрием Максимовичем, увидели свет на нашем канале!

А сколько раз каждый из нас обращался к нему за советом и помощью. Отказа или непонимания не было никогда. Он умел быть настоящим товарищем, умел слушать и слышать людей - редкое качество!
Его невозможно было отправить в отпуск. «Юра, милый, ну, пожалуйста, отдохни хоть немного, отдел кадров ругается - у тебя же немыслимое количество отпускных дней», - на эти наши мольбы он только пожимал плечами и с усталой улыбкой отвечал: «Да ладно, когда-нибудь отгуляю, успеется». Не успелось... Как не успелось и другое - не дожил до очередного нового спектакля, нового фильма, новой программы... А ведь так хотел еще много-много лет работать, творить, фантазировать, кропотливо выстраивать каждую мизансцену, часами колдовать со светом, до хрипоты спорить с режиссерами, отстаивать свое, только ему присущее видение кадра - точное, емкое, образное...


Юрий Назаров - лауреат ТЭФИ-2005 в номинации «Оператор телевизионного документального фильма/сериала» ( фильм «А.Шнитке. Дух дышит, где хочет…». К сожалению, посмертно...