08.02.2012 | 11:41

"Притчи" Александра Токарева в галерее искусств Зураба Церетели

Выражение «Человек играющий» вошло в современный обиход благодаря знаменитой книге Йохана Хейзинги. Выдающийся нидерландский историк и культуролог воспел «игру» как единственную возможность человека обрести свободу. Но сделать игру смыслом жизни удается немногим. Александр Токарев, сын художника, выпускник Одесского художественного училища и художественного факультета ВГИКа искал себя в разных сферах. Был сценаристом, режиссером, актером, преодолевал неудачи, праздновал успехи, и в итоге вернулся к холсту. Среди его живописных циклов есть даже «Игрушки Бога». Но ретроспективе своих работ автор дал название «Притчи». Выставка открылась в галерее искусств Зураба Церетели. Рассказывают «Новости культуры».

Расхожее выражение «человек-оркестр» со временем приобрело иронический оттенок, но коллеги художника Александра Токарева называют его так с уважением и вполне серьезно. В первую очередь за многогранность таланта. А еще потому что «человек-оркестр» - это одна из основных тем его творчества. Будучи страстным меломаном, он задумал переложить любимые мелодии на язык живописи. А музыка подсказала новые формы.

«Художник, создающий метафоры, размышляет о жизни, и через эти метафоры мы можем докарабкаться до чего-то, – говорит Токарев. – Художник, писатель, любой человек занимающийся искусством, если он это делает серьезно, он открывает некий путь».

Персонажи на картинах Токарева почти всегда изображены в движении, а динамику статичным сюжетам придает игра цвета. Сам художник объясняет, что холст – это его театр, где он режиссер, драматург и актер.

«Театр – это его основная тема, – говорит первый заместитель директора Государственной Третьяковской галереи Лидия Иовлева. – То есть он не изображает театр, а он воспринимает как бы и себя, и то, что он изображает как некий театр, как некая театральная игра, вот такая вот с самим собой, с тем, что окружает его».

В этой экспозиции художник представил свои самые масштабные полиптихи, такие как «Городские романсы», «Человек-театр», «Притчи». Сюжеты картин рождались случайно. Например, в основу работы «путешествие в корыте» лег старый одесский анекдот, по мнению Токарева похожий на притчу.

«О том, как идут похороны по улице, и покойник сидит в гробу, мимо проходит знакомый и говорит – «Семен, тебя хоронят? Меня! Тот говорит, Семен, но вы же живы, а тот говорит – да кого это интересует», – говорит художник.

Этот цикл художник назвал «Веселый реквием». Отказался от изображения венков и гробов, усадил героя в цинковое корыто и оживил пейзаж разноцветными лучами света. Еще одна вечная тема – в триптихе «Время». До сих пор все эти полотна, размером примерно 2 на 4 метра, мастеру приходилось показывать отдельно друг от друга, согласуясь с возможностями выставочных пространств. Теперь зрители впервые видят полотна как единое целое.