01.03.2005 | 21:23

Фундаментальное исследование "Художники русской эмиграции"

У блистательной Тэффи есть всего несколько строк, которые наиболее ярко описывают то ужасное состояние русской культуры, расколотой политическими катаклизмами, в результате которых культурная элита страны оказалась за ее пределами. Итак, Тэффи пишет про русского генерала, который ранним весенним утром вышел с вокзала и был ослеплен и оглушен просыпающимся Парижем. Глядя на все это великолепие, старый офицер воскликнул "Ке фер?" - "Что делать?" - "Фер-то ке?". Так что же делали там наши великие соотечественники? Если с эмигрантской литературой за последние 15 лет Россия успела познакомиться, то мастера живописи, а вернее их жизнь, известна лишь избранным. Исправить эту ситуацию решил доктор искусствоведения Андрей Толстой. Фундаментальное исследование ученый назвал просто и емко "Художники русской эмиграции". Из Российского Фонда Культуры – корреспондент "Новостей культуры".

Андрей Толстой, автор книги, доктор искусствоведения: "Нигде раньше и нигде позже не было такого случая, когда огромная часть действительно наиболее сильных и наиболее известных мастеров вдруг покидает свою страну и начинает работать в других странах, в другом контексте".

Художники русской эмиграции в последнее время не обойдены вниманием исследователей не только на Западе – чуть раньше, но и в России – чуть позже. И все же эта монография "Художники русской эмиграции" с подстрочием: Костантинополь, Белград, Прага, Берлин, Париж – уникальна. По многослойности, по скрупулезности исследования, по именам, наконец, – в расширенном списке их около трехсот.

Предыстория фолианта довольна забавна. Еще не было издательства, но уже были два издателя с идеей целой серии. Были утверждены в плане и "Зинаида Серебрякова" (автор–петербургский искусствовед Алла Русакова), "Иван Пуни" - о котором пишет тонкий знаток искусства Дмитрий Сарабьянов… Даже неуловимый автор из Америки – Ада Раев – уточнилась со сроками сдачи рукописи о художнице Марии Васильевой. Было продолжение, не было начала. Вступительного, обобщающего. Вторая забава в том, что начало нашлось в виде докторской диссертации Андрея Толстого. Сарабьянов издателям посоветовал ее ровно за месяц до защиты. И вот тогда звезды действительно встали, и начался "конвейерный парад планет". Из чего, собственно, состоит книга? Во-первых, из самого искусства; во-вторых, - из искусствоведения, и, в третьих, из искусства книги.

К проекту был привлечен Николай Калинин, легенда российских художников-книжников, и в ряды помощников органично влился Российский фонд культуры с такими запасами неизвестных оригиналов известных художников, что случился уникальный иллюстративный материал.

Татьяна Бондарук, генеральный директор издательства "Искусство – ХХ1 век": "Может показаться самонадеянным – подумаешь, вышла книга. Все магазины, грубо говоря, завалены книгами по искусству. Но мы то как раз считаем, что сделали совершенно необычную книгу".