30.05.2005 | 19:52

Памяти Бориса Пастернака

"Быть знаменитым некрасиво", – писал поэт, писатель, нобелевский лауреат Борис Пастернак. И если не стыдился своей славы, то и не стремился к ней. Звук медных труб ему заменяло живое общение с читателями, друзьями, почитателями его таланта. На имя Пастернака в писательский поселок Переделкино приходило до пятидесяти писем в день. Сюда регулярно приезжали писатели, поэты, композиторы, критики, актеры со всей России и из других стран. И сейчас спустя 45 лет после смерти поэта, к нему "не зарастает народная тропа". Из Переделкина – "Новости культуры".

45 лет назад о кончине поэта сообщила крошечной заметкой лишь "Литературная газета". Несмотря на это, сотни людей приехали на панихиду в Переделкино. Гроб с телом Пастернака на руках перенесли на кладбище и до темноты над могилой читали стихи. Так родилась эта традиция.

В 60-е за чтение Пастернака можно было лишиться работы. Сегодня это уже не форма протеста и не бравада, а душевная потребность любителей поэзии. На фоне переделкинских пейзажей по-новому звучат знакомые строки.

Наталья Пастернак, директор дома-музея Б.Л. Пастернака: "Он часто писал, что здесь ему работается как нигде. Он так любил эти луга… Чуковский сказал, что все окрестности Переделкина могут служить комментариями к его стихам.

Валерий Рыбаков, журналист: "Я бываю тут наверно 43 или 44 года, я бываю здесь каждый год".

Анатолий Молодов, поэт, бард: "Я написал 30 песен на стихи Пастернака – удивительно, почему так мало песен на стихи гениального поэта".

Алена Машкова, ученица 10-ого класса 255-ой московской школы: "Посетить дом, в котором он жил, почувствовать атмосферу, в которой он творил, это стоит, если есть такая возможность".

В этом доме созданы несколько поэтических циклов, переведен "Гамлет", написан роман "Доктор Живаго". Здесь можно побродить, набраться впечатлений, а потом выйти во двор и прочесть свое любимое из Пастернака.

Программа условна, вальс Шопена сменяется выступлением очередного чтеца. Не мероприятие, а живая любовь – как метко определила жанр этих встреч Зинаида Нейгауз.