12.07.2005 | 19:05

Работы японских художников в Музее современного искусства

В этом году исполняется 150 лет установлению дипломатических отношений между Россией и Японией. В Москве этой дате была посвящена Неделя Сугецу – одной из ведущих японских школ ландшафтного дизайна. В столичном Музее современного искусства Япония представила работы двух известных в этой стране художников – профессора университета искусства и дизайна Мисаки Андо и его жены Тамако. Произведения этих художников известны во многих странах. В России их представляют впервые. Рассказывают "Новости культуры".

В России хорошо известно, что такое японский театр и как японцы сохраняют его традиции. В изобразительном искусстве страны восходящего солнца за последние сто лет произошли большие изменения, традиции начали разрушать французские импрессионисты и русские авангардисты. И, если судить по произведениям Мисаки Андо и его жены Тамако., – в них уже практически нет ничего национального, художники всего мира включены в единый художественный поток.

Май Митурич, народный художник России: "Ну, как, а иероглифы. Ха –ха. Иероглифы очень японские. Я начал с того, что художники не очень японские, но это очень хорошие художники".

Митуричу можно верить, он работал в Японии с японскими художниками.

Итиро Кавабата, советник по культуре и информации Посольства Японии в России: "Многие русские считают, что у нас только театр Но, Кабуки, но это не совсем так. У нас разнообразие".

Работы Тамако Андо – огромные композиции, внутри которых то рвется, а то вдруг плавно течет неведомая энергия. В них много случайного, стихийного, и может, от того, они выглядят так убедительно. Стихия – это то, что объединяет обоих художников. А еще головной убор Мисаки Андо.

Мисаки Андо, художник: "Мне сшила такой головной убор моя жена, у меня всегда были длинные волосы, которые мешали работать. Теперь у меня таких шапок множество, и в этом, я думаю, моя уникальность как художника".

Он привез в Россию старые золотые японские ширмы, которые сам расписал, стирая грань между живописью и каллиграфией, смешивая различные техники. Он ищет гармонию. И признается, что, присаживаясь перед своим "Красным эллипсом", обретает покой.