05.10.2005 | 20:15

"Волшебная флейта" в Большом

7 октября в Большом театре – первая в этом сезоне премьера. Английский режиссер Грэм Вик ставит оперу Моцарта "Волшебная флейта". Эту сказку о добрых и злых силах Вик уже ставил в Зальцбурге. Тогда многие были шокированы неожиданной интерпретацией, которую предложил режиссер. Но на этот раз московские зрители увидят совсем другую версию – более новаторскую. На генеральном прогоне оперы побывала корреспондент "Новостей культуры".

Традиция – синоним слова "катастрофа". По крайней мере, для режиссера Грэма Вика. И только в том случае, если это слово касается музыкальных постановок. Поэтому Большой театр наводнили нетрадиционные для самого академического из российских театров Мальвины, краснолапые Папагены, скинхэды, надувные и вполне реальные автомобили. И посреди всего этого многообразия – сам Грэм Вик. Обучившийся русскому и обучающий сценодвижению самых юных артистов.

Творческий метод Вика: сделай все по-своему. Но так, чтобы артисту казалось, что он сам до всего дошел.

Анна Аглатова, исполнительница партий Папагены и Памины: "Он подсказывает, дает какие-то наводки. И ты сама к этому идешь. И это получается естественно и правильно. Вот эта работа – она самая тяжелая. При том, что тебе показали и рассказали, что надо сделать".

Вик однозначную сказочную картину мира Моцарта, где ясно, что такое хорошо и что такое плохо, подвергает сомнению.

Карина Сербина, исполнительница партии Царицы ночи: "Все вещи имеют некоторую двусторонность. То есть солнце может быть не только хорошим и приносить добро, пользу, но оно и опасно. Потому что там может быть рак. И так далее, и так далее".

Сам Грэм Вик уверен, что такая многоплановость подходит именно для постановки в России.

Грэм Вик, режиссер: "Интересно было анархизм, свойственный Моцарту, показать с точки зрения русской традиции. Того черного юмора, который присущ русским великим писателям: Гоголю, Чехову".

Как бы то ни было, но моцартовские дамы становятся то агрессивными женщинами-милиционерами, то Мэрлин Монро в развевающихся платьях. А вместо прекрасного портрета будущей возлюбленной Памины принц в джинсах получает почти роллингстоуновские губы. И глаза – для полноты восприятия. Во все это принц со страстью и влюбляется.

Новый спектакль всем интересен. Но не всем нравится.

Нариман Оруджев, артист хора: "Мое мнение такое: если это ГАБТ, то, наверное, иного плана здесь должны идти спектакли".

Сам Грэм Вик уверяет, что когда после спектакля он слышит слово "шок", понимает, что у него все получилось. Традиции нарушены - а значит, и катастрофы не случилось.