28.11.2005 | 13:18

90 лет со дня рождения Константина Симонова

Сегодня исполняется 90 лет со дня рождения Константина Симонова. Главной для его судьбы и творчества стала тема войны. Военкор Симонов прошел Великую Отечественную от первых и до последних дней. "Жди меня", "Живые и мертвые", "Из записок Лопатина" - названия стихов и прозаических произведений Константина Симонова известны всем. Он был человеком своей эпохи - времени, в котором он жил и о котором рассказывал. К 90-летию со дня рождения писателя съемочная группа "Новостей культуры" встретилась с теми, кто хорошо его знал.

"Остаюсь военным писателем" - это слова Константина Симонова. Его репортажей с фронта ждали в тылу, стихи читали на передовой между боями. Записывали и переписывали у друзей.

Константин Симонов, писатель (АРХИВ): "25 апреля, после того, как мы встретились на Эльбе, мы приехали в один из лагерей военнопленных, только что освобожденный. Говорить не мог, волновался, и я прочел им "Жди меня"… Вот, наверное, ни до, ни после с таким чувством не читал, как тогда:
"Не понять, не ждавшим им, как среди огня ожиданием своим ты спасла меня".

Кинорежиссер Алексей Герман рассказывает, что строки из симоновских стихов были чуть ли не в каждом втором письме с фронта.

Алексей Герман, кинорежиссер: "Знаковая фигура в истории не только большевистской России. Сейчас частично позабытая. Придет время, и он возникнет, потому что помимо своей политической деятельности, одиозности своей как сначала любимца Сталина, потом человека, который разоблачал Сталина, он был хороший поэт. Просто хороший поэт".

Слава, благополучие, регалии и награды. С другой стороны – постоянное противостояние с цензурой. "Живые и мертвые" - единственный роман писателя, который не подвергался правке.


Друг Симонова, литературный критик Лазарь Лазарев, показывает книги, которые лишь недавно удалось издать без купюр. Вот очерк Симонова о Твардовском. Опубликованный полностью, он стал больше примерно на треть. Лазарев вспоминает, что отношения Симонова с политуправлением были похожи на войну.

Лазарь Лазарев, литературный критик: "В романе его трилогии 41 и 42 годы предстоят как годы трагические, а у них это должно было выглядеть "Гром победы раздавайся".

Однажды Симонов сказал своим друзьям: "Общественная деятельность чуть не сгубила меня как писателя и человека". На праздновании своего 50-летия он публично покаялся за печально-известный доклад 49-го года, в котором в русле борьбы с космополитизмом обрушился на театральных критиков.

Александр Караганов, литературовед, киновед, доктор искусствоведения: "Фадеев сказал: "Костя, я должен уехать в командировку. Я прошу тебя вместо меня, и сделать доклад. И в тогдашних условиях Симонов не мог себе позволить отказаться от просьбы Фадеева".

Буйничское поле под Могилевым. Именно здесь летом 41-го Симонов впервые поверил, что победа возможна. И именно здесь завещал после смерти развеять свой прах. Родные писателя выполнили его последнюю волю.