05.12.2005 | 19:59

На фестивале современного танца "Цех" - горячая пора

На фестивале современного танца "Цех" - горячая пора. Спектакли идут в две смены. В первой половине дня – танцевальные миниатюры, продолжительностью не более получаса. Перерыв между выступлениями – несколько минут, для того, чтобы сменить нехитрый реквизит. Накануне свои авторские работы показывали танцовщики из Москвы, Санкт-Петербурга и Архангельска. Подробности – у "Новостей культуры".

Жужжание мух – первое, что слышит зритель. Это начало спектакля. Собственно хореография и пластика в контемпорари данс не претендуют на монополию. Для раскрытия образа используются разные техники: пантомима, декламация, гимнастика. Дуэт Анны Абалихиной и Дины Хусейн проверен временем. Танцовщицы знают друг друга со школьной скамьи. С постановкой "Мухи" им помогал режиссер Фарух Ниязали. Хореографию придумывали сами, а костюмы – из собственного гардероба.

Анна Абалихина, участница фестиваля "Цех", (Москва): "Мы пошли от образа. Назойливости мушиной. Некое такое копошение жизненное. Какая-то суета".

Современный танец – это не зрелище, а, прежде всего, пластический шифр, ключ к которому зачастую не знают сами авторы – хореографы и танцоры. Вопрос: "О чем Ваш танец?", считается моветоном. А название спектакля оказывается условностью.

Эта миниатюра Николая Щетнева из Архангельска называется "Мое изображение исчезло". Предсмертные судороги или пьяный угар, воспоминания о бале или танец смерти. Чтобы решить, какой образ за всем этим стоит – у зрителей есть 15 минут. Тем, кто знает английский – легче. Саунд-трек к спектаклю написан на стихи Джона Дона.

Николай Щетнев, участник фестиваля "Цех", (Архангельск): "Это спектакль о смерти. Мое изображение исчезло – значит, исчезло все для этого человека".

В то время как для Яны Чуприной из Санкт-Петербурга все только начинается. Тема рассвета и птичьего полета. Завораживающая птичья пластика, движения, погружающие в транс.

Яна Чуприна, участница фестиваля "Цех", Санкт-Петербург: "Я большая птица. У меня большие крылья. Метра три".

Эта миниатюра – одна из последних фантазий танцовщицы, скоро она станет частью более крупной композиции. Конечно же, видоизменившись. Ведь в современном танце точная хореографическая партитура и образ, заданный в названии, – не руководство к действию, а повод для импровизации.