13.03.2012 | 16:56

Акакий Акакиевич Башмачкин в пространстве современности

Петербургский театр «Приют Комедианта» – первый в России государственный театр без постоянной труппы. Художественный руководитель Виктор Минков принципы русского репертуарного театра объединил с западным контрактным. Каждый новый проект «Приюта Комедианта» собирает новую команду постановщиков и актеров. На этот раз состоялся петербургский дебют молодого режиссера из Новосибирска Тимофея Кулябина. Он поставил спектакль «Шинель. Дресс-код» по повести Гоголя. На сцене Кулябин создал современное пространство с современными людьми и перенес в него Акакия Акакиевича Башмачкина – человека из другой эпохи. Прошел ли гоголевский герой дресс-код? Рассказывают «Новости культуры».

Уже одним своим появлением на сцене он полностью меняет хрестоматийное представление о гоголевском герое. Забитый и беспомощный по сюжету, титулярный советник Акакий Акакиевич в новой постановке более чем брутален. Фактура Романа Агеева, обычно играющего героев смелых и мужественных, теперь призвана подчеркнуть гротескность самого персонажа.

«То есть, он может и у зрителя вызывать такое чувство, что он может дать сдачи. Ну, хотя бы так. А все равно он в итоге получается маленьким», – говорит актер.

Трагедию маленького человека в «Приюте комедианта» рассматривают крупным планом в современных обстоятельствах. Молодой режиссер из Новосибирска Тимофей Кулябин задался целью сломать школьные стереотипы и даже изменил название – теперь это «Шинель. Дресс-код». Спектакль о нормах и ценностях любой системы, где по одежке встречают.

В этой постановке шинель не одна. В гардеробе на сцене их, как скелетов в шкафу, сразу несколько. И это не строгий костюм титулярного советника, а серая униформа – дресс-код, который превращает личность в элемент безликой системы.

Монотонное урчание машинки, режущей бумагу. Это чиновники безымянного Департамента методично уничтожают книги, делая это отстраненно и даже брезгливо. В новой постановке «Шинели» акцент сделан и на привычных элементах офисной жизни – например, сплетнях в обеденное время, и на корпоративном чувстве высокомерия, которое присуще не только канцелярским служащим. На этом фоне, только Акакий Акакиевич не кажется вырванным из общечеловеческого контекста.

«В этом есть какая-то тайна. Тайна о человеке, которых с каждым днем в мире становится все меньше и меньше. Человек превращается в некий аккаунт "фейсбука", своего собственного аватара. Поэтому я пытаюсь Акакия Акакиевича увидеть, понять и почувствовать, наоборот, как фигуру крупную. А тот мир, в котором он живет, довольно примитивен», – поясняет режиссер спектакля Тимофей Кулябин.

Такая перевернутая трактовка гоголевского сюжета, впрочем, не повлияет на финал самой постановки. Разве что никакой мистики напоследок. Место титулярного советника, который не укладывается в прокрустово ложе дресс-кода, попросту займет тот, кого не ограничивают жесткие рамки шинелей. В театре уверены, что такой нестандартный – во всех смыслах – Акакий Акакиевич запомнится зрителям куда больше, чем растиражированный образ.