02.08.2006 | 18:52

Бразилия оценила интернациональный театр

Постановки Международного Чеховского фестиваля "Борис Годунов", "Двенадцатая ночь", и самая свежая премьера – "Три сестры", имеют очень счастливую гастрольную судьбу. В разное время спектакли были показаны практически во всех странах Европы, в Японии, в начале этого лета состоялись гастроли в Колумбии. Сейчас постановки "Двенадцатая ночь" и "Борис Годунов" открыли театральный фестиваль российских спектаклей в Бразилии. Режиссер – известный британский режиссер Деклан Донеллан – уверен, что спектакли могут расти и развиваться именно таким образом – через реакцию разной публики.

Информации о предстоящих гастролях российских спектаклей в Сан-Паулу было не так много, этот огромный город и невозможно обклеить афишами от и до. При этом в первый же день показа "Двенадцатой ночи" был переаншлаг.

На кассах написано "все билеты проданы", но бразильские зрители не склонны безоговорочно верить печатному слову. Они выстроились в длинную очередь около театра, без конца повторяя заветную фразу: "Нет ли лишнего билетика?".

За кулисами привычное волнение и строгая дисциплина, что для англичанина режиссера Деклана Доннеллана вопрос принципиальный: "Актерам, да и нам всем, очень повезло – во времена, когда все разобщены, мы играем в разных странах мира спектакль, созданный интернациональной командой".

У наших актеров, которые могут уже составить своеобразный рейтинг публики в разных странах мира, Бразилия на одном из первых мест. А им, игравшим "Двенадцатую ночь" на всех континентах, есть, с чем сравнивать. "В Колумбии они вскакивали с мест, показывали на нас пальцем, обменивались впечатлением с дальним соседом, - вспоминает Дмитрий Дюжев. – В Японии была гробовая тишина. В Бразилии публика открытая разбирающаяся в театре".

Театралы часто обсуждают вопрос, нужен ли на гастролях перевод таких известных пьес, не мешает ли монотонный голос переводчика или мелькающие сверху титры восприятию спектакля. Если текст канонический, может быть, и не очень нужен. А если остроумный режиссер вдруг вводит в шекспировский текст что-то новенькое? Тут понадобился не буквальный, а "умный" перевод – непонятное для бразильцев слово "Колыма" заменили на "Сибирь", публика шутку оценила. Равно как и весь спектакль – аплодировали столько, сколько здесь не принято аплодировать в принципе. По беспроводному театральному телеграфу разнеслась информация: "Это надо смотреть, непременно".