25.10.2012 | 20:31

Михайловский театр готовится к премьере

 

С завтрашнего дня в афише Михайловского театра – «Евгений Онегин» Чайковского. Театр, который вступил в эпоху обновления, и режиссера пригласил яркого, нестандартного. Андрей Жолдак впервые попробовал себя в музыкальном театре. Но, как сам признается, особой разницы между работой над оперой и драмой не чувствует. За исключением одного – в оперном театре, где все продиктовано музыкой, ограничена композиционная свобода режиссера. Но и это не стало препятствием для Жолдака-экспериментатора. Рассказывают «Новости культуры».

Классические строфы Пушкина, знакомые мелодии Чайковского, но этот «Евгений Онегин» в первую очередь Жолдака. Украинский режиссер увел действие далеко за традиционные рамки классической оперы.

«Я пробовал все это время убрать оперу из оперы. В хорошем понимании: чтобы была опера, чтобы была музыка, но при этом мы не очень любим, когда знаем заранее, как оперные певцы должны петь, как это делается, мы постарались растворить это», – поясняет Андрей Жолдак.

Стереть грани удалось. Герои не просто поют, но и танцуют, дерутся – все по-настоящему. Даже стрельба.

Играть в такой постановке тяжело, признаются актеры. Выход на сцену участники труппы Михайловского сравнивают с выступлением на цирковой арене. И даже костюмы, шутят, «совсем не из той оперы».

«Спектакль очень динамичный, физически даже очень насыщенный. Поэтому и костюмы такие. Если бы это был классический корсет и платье в пол, те задачи, которые ставит режиссер, было бы сложнее выполнять», – заверяет солистка Михайловского театра, исполнительница партии Татьяны Татьяна Рягузова.

От действия к действию костюмы меняют. Не только потому, что того требует сюжет. После некоторых сцен выйти к зрителям в том же платье невозможно, в прямом смысле слова. Андрей Жолдак не дает Ленскому сразу умереть от пули Онегина. Прежде Евгений выливает на голову поверженного Владимира десятки литров молока.

«Мне, вы знаете, очень даже нравится! Это что-то новое, в жизни всегда рутина каждодневная приедается, хочется чего-то нового», – признается солист Михайловского театра, исполнитель партии Ленского Сурен Максутов.

Впрочем, несмотря на столь смелую трактовку, «Евгений Онегин» – все-таки настоящая опера. И главной задачей для Жолдака было сохранить в произведении Чайковского. То, что в позапрошлом веке написал в своей партитуре композитор, режиссер постарался пересказать современным языком. Ведь изменилось время, а вместе с ним и зритель.

Новости культуры