30.03.2012 | 10:45

Сегодня день памяти легендарной Людмилы Гурченко

Эпоха, легенда, дива. Заслуженная, народная… Сама она настаивала, чтобы ее объявляли просто – Людмила Гурченко. Ей всегда было интересно то, что происходит здесь и сейчас, любила чувствовать сиюминутное напряжение – то, что она называла обстановкой, атмосферой. Она хотела любви – и восторга, с которым ее встречала публика, хватило бы, наверное, на целое артистическое поколение. И в День памяти Людмилы Гурченко все снова вспоминают о женщине, которая, начав с таких ярких пяти новогодних минут – осталась в истории российского кинематографа навсегда. Рассказывают «Новости культуры».

С улыбкой и осанкой королевы она не играла, каждый раз бросалась в бой. Стремительно, упрямо не шла – летела. Неизменно на каблуках, неизменно – уверенно. С подносом, с деловыми бумагами или кокетливым веером. Она говорила: «просто обязана быть молодой, веселой и с тонкой талией». Такой ее запомнили – однажды и навсегда.

Случайность, которую потом даже счастливой называть не будет. Студентка ВГИКа встретила в коридоре Ивана Пырьева. Он тут же и предложил ей роль этой беззаботной Лены. Пять минут, перевернувшие жизнь девочки из общежития. Слава, которая ее поразила, слава, которая ушла от нее за те же пять минут. Праздничная карнавальная ночь, после – серые пустые будни.

«Минуты, часы, не годы, а секунды остались, понимаешь? Секунды! Мне нужно работать, работать, работать, – говорила она. – Я ничего в жизни не сделала, а жизнь идет».

На долгие годы о ней, кажется, все забудут – коллеги, режиссеры, даже зрители, которые еще вчера возлагали к ее ногам горы цветов. Она цеплялась, хваталась за любой – мизерный, никчемный – шанс вновь появиться на экране.

«Она очень могучий человек, сильный могучий человек, – говорит Армен Джигарханян. – Наверно, где-то плакала, мы этого не видели. Наверно, она страдала, наверно, я так думаю. Все равно она для меня актриса высокого класса, высокого. Такая поразительная органика, ничего никогда не врала она, никогда она не плюсовала, а вот точно она к этому персонажу шла».

Персонаж, к которому шла 17 лет – эта, кажется, бесцветная Анна Григорьевна. Вторая после «Карнавальной ночи» главная для нее. Сутки напролет Гурченко будет бороться со своей внешней эффектностью, абсолютно не нужной в этих «Старых стенах» настоящего завода. Вырабатывать тяжелую походку, резкие жесты, начальственный взгляд. Потом скажет: эта железная леди как будто с плаката советских времен ближе всего ей по духу.

Не пройдет и десяти лет – специально для нее станут писать сценарии. Она по-мхатовски скрупулезно будет неделями подбирать для ролей брошку или туфли. Признаваться: важно даже то, какими духами пользуется ее героиня. Костюм и вовсе нечто священное. Режиссер – повелитель, но партнер – главный человек на площадке, для него работала. Он – должен был соответствовать.

«Сцена такая: я ей говорю что-то такое, она возражает, я ей говорю: вы чудесны, вы замечательны, вы прекрасны, – вспоминает Олег Басилашвили. – Такая фраза, вот снимают ее, я это все говорю за кадром, она – нет, это не так. И она до тех пор, пока я – за кадром, меня не видно, меня не снимают в это время – пока я ей не скажу так, как ей кажется должен сказать ее партнер, признаться ей в любви, до тех пор она не может сняться. Потому что она чувствует неправду по ту сторону камеры».

Годы простоя, она потом признается, научили главному: молчать. «Уходить в тень, когда сказать нечего».Когда было что – пела о войне – так просто, без пафоса, как будто за столом с самыми близкими друзьями. Рассказывала о своем «взрослом детстве». Как режиссер, композитор, сценарист и, конечно, актриса создавала эти «Пестрые сумерки». Ее последний фильм. Представляла его только лично.

«Она сделал такой выход – минут на 30, что зал просто, я даже не знаю – не орал, не кричал – вопил, – говорит Всеволод Шиловский. – Она еще спустилась в зал и начала танцевать еще. Тут уже вообще черти что началось. Потом пошел фильм, а после фильма, когда стоял, она говорит: а что так – давайте еще – и дала еще концерт. Думал, если действительно будет что-то с Москвой плохо, к ней подсоединится – Москва может работать недели две».

Это было настоящее паломничество. Три дня подряд люди просто несли цветы к подъезду ее дома. Титр кадры из фильмов с участием Л. Гурченко Не верили, как будто все эти церемонии просто декорация к ее новому фильму. И она снова бросится в бой, когда прозвучит это заветное – «мотор»!

Памяти Людмилы Гурченко смотрите сегодня в 21.05 на нашем канале художественный фильм «Идеальный муж», а сразу по окончании картины – программу «Линия жизни».
 

Все материалы о Людмиле Гурченко