28.11.2006 | 15:22

Дом мальтийских святынь

Археологическая сенсация. В Гатчинском парке нашли фундамент монастыря Святого Харлампия. Два столетия назад его задумал построить Павел I, но не успел. Почему обитель хотели назвать домом мальтийских святынь, рассказывают "Новости культуры".

На самом деле, никто точно не знал, был ли вообще заложен фундамент, или же вырыты только рвы. Маленькая группа энтузиастов изучила старые чертежи и карты гатчинского парка XIX века и провела в заповеднике археологическую разведку. "Когда неожиданно кирка звякнула о металл, – вспоминает Николай Купцов, – ощущение, словно к истории прикоснулся".

Когда Павел I стал магистром мальтийского ордена, рыцари преподнесли ему три древнейшие христианские святыни: Филермскую икону Божьей Матери (считается, что это последний образ, написанный при жизни Богородицы), Десницу Иоанна Предтечи и часть Животворящего Креста Господня, после чего реликвии одно время называли "гатчинскими". Рядом со своей резиденцией император задумал построить обитель, где верующие могли бы поклониться святыням, но убийство Павла сорвало эти планы.

На чертежах монастыря есть фамилия известного архитектора Адриана Захарова. Правда, археолог Виктор Коренцвит говорит: "Есть все основания полагать, что автором необычного проекта был сам император". "Возможно, что Захаров только оформил архитектурные идеи Павла", – считает он. Крест с символикой мальтийского ордена поставили здесь летом православные священники: в память о принесении в Россию Десницы Святого Иоанна Крестителя. В июне этого года реликвию впервые за десятки лет привозили в Петербург и Гатчину из Черногории всего на несколько дней.

Трудно сказать, совпадение это или закономерность, но, когда здесь установили крест, события выстроились в логическую цепочку. Сначала – перезахоронение в Петербурге праха императрицы Марии Федоровны, последней хранительницы мальтийских святынь из династии Романовых. Затем – фундамент монастыря Святого Харлампия. Если довести замысел Павла I до конца, считают священнослужители, все три общехристианские реликвии, возможно, вернутся, пусть даже на время, в свой исторический дом.