27.01.2007 | 17:09

Европейский и русский музыкальный модерн

На этот концерт шли ради одного из первоклассных оркестров – Национального филармонического, а также потому, что за роялем Александр Гиндин, а за дирижерским пультом Владимир Спиваков. Не в последнюю очередь аншлаг в Светлановском зале Дома музыки обеспечила идея показать то, что в начале прошлого века воспринималось как новое и дерзкое – европейский и русский музыкальный модерн. Звучали произведения Скрябина, Лядова, Мосолова. Рассказывают "Новости культуры".

Удивило, прежде всего, несоответствие масштабов: крупнейшая фигура в мировой музыкальной культуре Александр Скрябин; тонкий, поэтичный, но все же из "второго эшелона" Анатолий Лядов; наконец, сегодня уже подзабытый авангардист начала прошлого века Александр Мосолов. Очень разные, непохожие друг на друга композиторы, но это целый пласт развития музыки модерна.

"То, что впоследствии сделал Дмитрий Дмитриевич Шостакович, создав балет "Болт", музыку к балету "Болт", на то обратил внимание Мосолов еще раньше, создав музыку машин", – расасказывает Владимир Спиваков. По сей день самой известной работой Александра Мосолова остается пьеса "Завод", созданная как пролог незавершенного балета "Сталь". Именно ей Национальный филармонический оркестр открыл абонемент "Европейский и русский модерн".

Совершенно неожиданно жесткая конструктивисткая музыка переходит в "нереальность очарования", в исчезающую и ускользающую мелодику единственного инструментального концерта Скрябина, который был создан композитором в ранний период творчества. Не успели зрители оправиться от такого контраста, как зазвучало "Волшебное озеро" Лядова – мастера музыкальной светотени, которого Владимир Спиваков считает вполне равным Дебюсси.

Маэстро в самом скором времени собирается вновь обратить внимание на творчество Анатолия Лядова. У него есть очень интересные и совершенно не исполняемые сегодня произведения, как, например, "Апокалипсис", или "Песнь", посвященная памяти Пушкина. Наконец, кода концерта – "Поэма экстаза" Скрябина. Изысканная гармония, ритмический рисунок и невероятно рафинированная оркестровка.

"Очень важно выстроить программу в каком-то движении. Я очень люблю такие рамки: Скрябин заканчивает первое отделение, и Скрябин заканчивает второе отделение. Но вначале это один Скрябин, потом это совершенно другой Скрябин, который утверждает не только свои мысли, но и самого себя", – продолжает маэстро Спиваков. По его мнению, "Поэма экстаза" – это вершина, на которую вообще трудно взойти и можно только двигаться в этом направлении.