09.02.2007 | 14:10

Маленькая жизнь большой страны

В галерее "Москоу Файн Арт" открылась персональная выставка Владимира Лагранжа. Маленькая жизнь вполне может стать предметом описания большой энциклопедии, особенно если это маленькая, по историческим меркам, жизнь большой страны, такой как СССР. Известный фоторепортер журнала "Советский Союз", Владимир Лагранж долгое время представлял Советскую Россию зарубежному читателю, разумеется, в самых выгодных ракурсах. Теперь, по его мнению, настало время поднять архивы и рассмотреть страну со всех сторон. Заново оценить старые ракурсы. Рассказывают "Новости культуры".

Это было время, когда советский народ в едином порыве строил счастливое будущее. Это была большая страна, жившая одной жизнью в лозунгах и названиях, а другой – в реальности. Конкретные вещи и образы порой говорят об эпохе больше, чем имена, которых уже нет. Советский союз – одно из них. "Это был достаточно лакированный журнал, его ориентация – пропаганда советского образа жизни. Журнал давал возможность путешествовать и побывать во многих местах, куда обычному человеку было бы трудно попасть", – рассказывает Владимир Лагранж.

Лагранжа интересовали простые сюжеты – будни большой страны. Стройки, работа на земле, война, – то есть, жизнь людей, чьи лица, руки, жесты ознаачали больше, чем заказ редакции. На выставке много того, что в 60-е – 70-е ушло "в стол". Не мог журнал "Советский Союз" позвонить себе напечатать некоторые снимки. Лагранж сам удивляется: он бы никогда не открыл свой архив, если бы его друг не стал расспрашивать об этом периоде. Лагранж уверен, что архивы стоило поднять хотя бы потому, что лица теперь другие. "Изменился облик. В этих лицах есть буквально все: читается и трудная жизнь, и искренняя радость, и раздумья, и внутренний мир у этих людей проявляется. А современные фото, для меня они как конфетные обертки. Не люди, а манекены", – продолжает фотограф.

В ближайших планах Лагранжа, кроме занятий уже художественной фотографией, – разбор своих колоссальных архивов, ведь история большой страны, оставшейся в чертах сотен лиц, этого достойна.