19.02.2007 | 11:32

О нем не говорят слова "был"...

В Театре Станиславского и Немировича-Данченко, говоря о Дмитрии Брянцеве, избегают слова "был". Хотя официально, руководитель балетной труппы, объявлен пропавшим без вести. После его таинственного исчезновения три года назад, труппа довольно долгое время работала без главного хореографа. Накануне, в день рождения Дмитрия Брянцева, в театре открылась выставка. В экспозиции представлены фотографии из личных архивов. По ним можно проследить творческий путь хореографа, которому исполнилось шестьдесят. Друзья не говорят, со дня рождения, – они ставят многоточие в этой незаконченной истории. Рассказывают "Новости культуры".

Двадцать лет он руководил балетной труппой театра. Последователь Якобсона, Дмитрий Брянцев запомнил заповедь учителя: для каждого спектакля надо находить свой язык, а не использовать комбинации классического танца. Если танцовщики говорили, что станцевать это невозможно, Брянцев показывал сам, как надо. "Показывал так, что это хотелось повторить, и каждый показ был его внутренней победой", – поясняет историк балета Екатерина Белова. Она помнит, как начинающий Брянцев, репетировал с Екатериной Максимовой "Галатею". Об этом Белова написала диссертацию, а потом книгу. Именно с "Галатеи" началась эпоха телевизионного балета.

От идеи до воплощения прошло десять лет. Хореография рождалась в муках и скандалах. Сама Максимова бунтовала на съемках и репетициях. "Все не получалось. Ноги не туда", – вспоминает народная артистка СССР Екатерина Максимова. Примадонна хлопала дверью и уходила. Брянцев звонил по телефону, приходил с цветами в гостиницу. Он проявлял чудеса дипломатии и, подобно Пигмалиону, продолжал ваять свою Галатею. "Я видела молодого хореографа с горящими глазами", – добавляет Максимова.

Критики писали, что в "Галатее" он сочинил столько всего, что хватило бы на несколько балетов. После выхода на экран фильм получил приз "Злата Прага", а Брянцев проснулся знаменитым. Теперь он ставил все, что хотел. Любителя авантюр и острых ощущений, Брянцева не пугали форс-мажорные обстоятельства. Главный художник театра Владимир Орефьев до сих пор помнит марш-бросок через македонскую границу. "Мы вдвоем переходили гору", – вспоминает Орефьев. Он исчез почти три года назад. Уехал в Чехословакию и не вернулся. В театре Дмитрия Брянцева до сих пор ждут. Здесь не говорят о нем, был.