27.02.2007 | 11:38

Он умер, чтобы стать легендой

Замечательному артисту и уникальному человеку Евгению Урбанскому сегодня исполнилось бы 75 лет. Исполнилось, если бы он умел жить иначе – спокойнее, рассудительней. Но он не умел, и в 33 года его не стало. Творческая жизнь артиста уложилась в восемь лет, за которые он успел сняться в восьми картинах, став героем целого поколения. Рассказывают "Новости культуры".

Стихи Маяковского Евгений Урбанский с упоением читал еще в школе. Однако желания посвятить себя театру, не было. В 50-м году он поступает в Московский дорожный институт, затем переводится в Горный. Там давали обмундирование, к тому же всегда была возможность подзаработать. По тем же причинам в этом институте оказался и Михаил Шатров. "Статью, ростом он резко отличался от всех нас. Все такие маленькие были, тщедушные", – вспоминает Шатров.

Встретившись впервые на лекции, они и представить не могли, что скоро их будут волновать не горные породы, а театральные подмостки. В конце 50-х Михаил Шатров рассказал бывшему однокурснику о своей новой пьесе "Шестое июля". Уже через несколько дней молодого драматурга пригласили в театр. "В этот театр эту пьесу он принес", – продолжает Шатров.

Первая роль Урбанского в театре – Ричард в пьесе Шоу "Ученик дьявола". Но театральный дебют остался незамечен. Премьера фильма "Коммунист", которая состоялась в этот же день, перетянула одеяло на себя, он проснулся знаменитым киноактером. В театре он сыграл четырнадцать ролей, но ни одну из них не считал удавшейся до конца. Его однокурсник по театральной студии Олег Табаков, говорит, что в театре Урбанскому выпадали роли необязательные, и вспоминает студенческие годы. "Но я то помню какие-то лучшие куски из Лопахина в "Вишневом саде". Как он читал Маяковского: "Мама, ваш сын прекрасно болен"", – рассказывает Олег Табаков.

Звезда Евгения Урбанского взошла стремительно. Она так много обещала и так трагически оборвалась. "Возможности у него были достаточно необычные. Он был красив, как атлант", – отмечает Табаков. И все-таки Урбанскому удалось создать образ героя с человеческим лицом. За его необузданным темпераментом всегда оставалось безмолвное понимание трагедии, в которой он жил и умер. Умер, чтобы стать легендой.

Читайте также:
Евгений Урбанский: "Съемки – это какая-то мука"