04.03.2007 | 14:14

Любимый архитектор Екатерины Второй

190 лет назад не стало Джакомо Кваренги – любимого архитектора Екатерины Второй. В его родной Италии сохранилось всего одно творение мастера, а вот облик Петербурга без его работ представить невозможно. Рассказывают "Новости культуры".

Кваренги называют баловнем судьбы и любимцем Екатерины Второй. Впрочем, именно с именем императрицы связывают и самое большое в его творческой судьбе разочарование. В 1784 он получает задание на строительство первой каменной Биржи. Чертежи почти не сохранились. Несколько рисунков можно увидеть лишь в библиотеке Института живописи имени Репина. Известно, что здание должно было быть четырехугольным, с гранитной лестницей. Строить решили на набережной Васильевского острова – у центрального на тот момент порта. "Сама набережная Васильевского острова проходила гораздо ближе к существующей бирже. То есть вот эта Стрелка, на которой мы сейчас находимся, она искусственного происхождения, она намывная", – поясняет искусствовед Иван Евтюхин.

Намыв сделали значительно позже, когда за строительство Биржи взялся французский архитектор Тома де Томон. Проект Кваренги заморозили. Екатерина Вторая отказала в финансировании. Уязвленный архитектор с головой ушел в другую работу. Принимал даже предложения частных лиц. Особняк на Адмиралтейском проспекте строит по заказу директора медицинской коллегии барона Фитингофа. Каретная, двухцветный зал с колоннами и даже домовая церковь – все в одном доме. "Кваренги был человеком очень общительным, очень эрудированным, прекрасным собеседником, за что его любила Екатерина Вторая. Естественно, следуя за императрицей, Кваренги заказывали проекты известные аристократы", – рассказывает ведущий научный сотрудник Эрмитажа, кандидат искусствоведения Милица Коршунова.

Вряд ли Кваренги мог предположить, какие события ждут особняк. В XIX веке здание начали перестраивать. А в 1917-м сюда переехал ВЧК. В этих стенах Вера Засулич стреляла в градоначальника Трепова. По главной лестнице поднимался император Александр Второй. Во флигеле – в изоляторе временного содержания – сидел Ульянов-Ленин. Теперь там находится музей политической полиции. О Кваренги напоминает только табличка на фасаде. Всего в городе таких табличек чуть более тридцати – по числу уцелевших памятников. Академия наук, Эрмитажный театр, Ассигнационный банк. Без них представить современный Петербург невозможно. Кстати, в словарях всего мира итальянца Джакомо Кваренги неизменно называют русским архитектором.