07.03.2007 | 12:01

Восток – дело тонкое

Игрушки в форме чудовищ, священная глиняная посуда и знаменитые на весь мир ковры и шелка. Восток – дело тонкое, загадочное и часто непостижимое. Несколько десятилетий традиции и историю этого мира изучают в самом центре Москвы – в Государственном музее Востока. В его коллекции – тысячи уникальных экспонатов. Зачастую не менее уникальна история их появления в музее. Многие ни разу не выставлялись на публике. Рассказывают "Новости культуры".

Нет ни сказочных подземелий, ни волшебной лампы. Обычный кабинет заместителя директора музея. Скульптуры можно трогать только в перчатках, а лучше просто на них смотреть – все-таки экспонаты III века нашей эры.

Принц Сидхартха – сын правителя Индии – тот, кого потом назовут Буддой. В скульптуре из ганча мастера отразили безмятежное лицо царевича. Все изменится, когда принц впервые увидит похоронную процессию и поймет, что за пределами дворца есть и боль, и страдания и смерть. Как освободиться от них человеку? Разгадка – в улыбке просветления, в изображении, на котором уже не принц, а Будда с подобающей атрибутикой. Пучок волос символизирует знания, над головой ореол или аура. "Вот знаменитые длинные уши. На самом деле, это не входит в буддийскую иконографию, но в Индии длинные уши означали долголетие", – поясняет заместитель директора.

До того как перейти в Нирвану, Будда прожил восемьдесят лет. После сорока его облик не менялся. Таким его и знают миллионы последователей буддизма. Другой экспонат хоть и не относится ни к одной религии, но про него говорят: послание свыше. Блюдо в буквальном смысле упало в руки музейщиков. "Нас завели в полуразрушенный дом, который когда-то был мечетью, и уже на полу – осколки подобного блюда. Посмотрели наверх, а там несколько блюд вмонтировано в потолок на волоске. Нам разрешили снять его, и так оно попало в музей, мы его спасли", – рассказывает заведующая отделом Средней Азии и Кавказа Государственного музея Востока Екатерина Ермакова.

Изобилие великолепной керамики очень напоминает восточный базар. Вот только встретить такое изобилие можно разве что в сказках и в небольшой музейной комнате. Коллекция керамики XIX века малочисленная. Тогда она не считалась ценной, и ее просто никто не собирал. Впрочем, как и сейчас, лишь для немногих эта грубая посуда дороже, чем китайский фарфор. Для тех, кто знает ее традиции и почти детскую веру гончаров в то, что незамысловатый рисунок способен защитить от зла.