19.04.2007 | 16:53

Илья Кухаренко об исполнении Девятой симфонии Бетховена в КЗЧ

О большом концерте в Зале Чайковского рассказывает музыкальный критик, ведущий телеканала "Культура" Илья Кухаренко.

- Насколько оправдано привлечение к исполнению Девятой симфонии Бетховена такого огромного хорового коллектива?
- Мне кажется, что в этом нет никакого противоречия, потому что есть две традиции исполнения Бетховена. Одни говорят, что он был классицистом, поэтому его надо играть маленькими оркестрами на аутентичных инструментах, с маленькими хорами: иногда двадцать-тридцать человек поют "Оду к радости". Другие говорят, что он был в душе романтиком, идеологически приближался к эпохе романтизма, и он тяготел к романтическому пафосу, к имперской мощи. Поэтому, наоборот, нужно расширять составы и давать услышать эту мощь. Сам же Бетховен никогда не мог сказать, чего же он хотел, потому что внутренним слухом он это слышал, а вот услышать само исполнение своей симфонии он уже не мог, поскольку к этому времени уже был трагически глух.

- То есть, каждый исполнитель может сам решать, каким образом исполнять произведение Бетховена?
- Безусловно, здесь есть какие-то авторские указания, на что-то он может опираться, но это не противоречит истории, скажем так.

- В Зале имени Чайковского как технически можно разместить такой огромный хор?
- Вы знаете, я не думаю, что это проблема. Наверное, придется снять какую-то часть кресел из партера. Но, так или иначе, там уже неоднократно играли "тысячную" симфонию – так называемую Восьмую симфонию Малера, и я думаю, что эта задача по силам.

- "Ода к радости" написана для взрослых хоров, а здесь присутствуют дети. Какую нотку привносит их исполнение?
- Детские голоса, кроме того, что они чище по тембру, в них меньше личностного, они, может быть, точнее интонационно. В этом смысле, может быть, это привнесет какую-то краску. Это задумка руководителя оркестра. Я думаю, что он учитывает эту особую краску, которую дают детские голоса.

Читайте также:
Обнимитесь, миллионы

Тысяча голосов в Концертном зале Чайковского