27.04.2007 | 16:20

Владимир Гальченко: "Увидят, поймут, найдут"

Театральный фестиваль "Волжские театральные сезоны" в Самаре в самом разгаре. Билеты на все спектакли задолго до начала фестиваля было распроданы, а на показе екатеринбургского театра Николая Коляды зрители и вовсе сидели на ступеньках, приставных стульях, в проходах между рядами. Моноспектакль специального гостя фестиваля – театра Штутгарта – по "Горю от ума" вызвал настолько сильные впечатления у публики, что его долго обсуждали и маститые критики, и неискушенные школьники.
Зрителей ждет еще спектакль теней Рязанского кукольного театра по поэме Блока "Двенадцать", еще одно прочтение "Вишневого сада".

Мы встретились с Владимиром Гальченко - заслуженным артистом Российской Федерации, председателем правления Союза театральных деятелей Самарской области. Именно самарский Союз вместе с Министерством культуры и молодежной политики Самарской области и Союзом театральных деятелей России учредили и организовали новый российский театральный фестиваль. Владимир Александрович поделился с нами своими взглядами на будущее фестиваля, его организацию, и самое главное – определил цель существования "Волжских театральных сезонов", отличие от других фестивалей.

- Владимир Александрович, почему фестиваль получил название "Волжские театральные сезоны" - во множественном числе? Планируется продолжение?
- Фестиваль – не разовая акция. Он будет проходить каждый нечетный год, начиная с 2007 года. Всегда в эти сроки – с 24 по 30 апреля. Поэтому, какой же "сезон"? Это "сезоны".
Этот фестиваль многожанровый, вмещающий все жанры театрального искусства. По сути – это единственный многожанровый фестиваль, проводимый в регионе. Фестивалей много, но фестивалей драматических, кукольных, то есть по жанру. Но нет такого, чтобы собирались абсолютно все жанры – в этом главное отличие.

- Как же сравнивать разные жанры? Ведь кукольный театр – совсем не то же самое, что балет…
- Дело в том, что не сравнивается кукольный театр с балетом, а балет с драмой. Не в этом идет конкуренция. И жюри не это будет отсматривать по номинациям, которые традиционны (например, "лучший спектакль фестиваля"). Совершенно неважно, какого жанра спектакль. Например, "лучшая работа молодой актрисы". Совершенно неважно, в каком жанре это лучшая актриса.
У фестиваля есть тема, фестиваль 2007 года имеет тему "Русская классика – традиции и эксперименты". Тема второго фестиваля – "Мировая классическая драматургия и авангард". Других тем на фестивале не бывает, кроме той, которая объявлена. Поэтому можно оценивать как, каким жанром, каким театром преподносится национальное достояние России, как то, что заложено в этой классике трансформируется на сегодняшний день, на сегодняшнюю Россию, как они преломляют и транслируют сегодня то разумное, доброе, вечное, что представляет русская классика.

- Фестиваль будет проходить раз в два года. Почему такая периодичность, а, скажем, не ежегодно и не раз в пять лет?
- Проводить такие огромные фестивали каждый год очень сложно. Это подвластно только "Золотой маске", потому что это национальная премия. И "Маска" – это организм большого финансирования.
Этот наш первый фестиваль мы готовили полтора года. А просто так ежегодно проводить, чтобы фестиваль мелькал и собирался – это не наша задача. Раз в пять лет – тоже плохо, потому что в каждом деле должна быть периодичность, за пять лет все забудут, что этот фестиваль был. Этого тоже делать не надо.
Задача фестиваля в том, чтобы театры Российской Федерации, которые побывали у нас, или которые не смогли к нам попасть, но хотели, чтобы они понимали, что у них есть еще год. Тема известна, хотите попасть – работайте, растите. Потому что это не областная радость, это всероссийское событие. И жюри федеральное, и освещение федеральное. То есть Самара – это принимающая сторона.

- Вы конкуренты "Золотой Маски"?
- Нет, ни в коем случае. Как наш фестиваль может быть конкурентом всероссийской "Золотой маски"? Союз театральных деятелей учредитель и "Золотой маски", и нашего фестиваля. Как мы будем конкурировать в нашей семье между собой? Это не реально и смысла нет. Просто есть необходимость такого фестиваля. Это я вижу и по продаже билетов. Русская классика, а фестиваль раскуплен.

- Но ведь Самара театральный город…
- Театральный, но билеты разобрали влет. Мы по телефону говорим: "Извините, нет билетов на любую площадку". Это просто замечательно, вы же видели, что вчера творилось в зале. И сегодня будет так. Нет билетов. А еще же должны участники фестиваля смотреть, а не только зрители... Значит, востребована эта тема, востребована эта концепция фестиваля. Зритель голосует ногами: ходит или не ходит. Если зритель ходит, значит, верно угадали.

- В фестивале принимает участие театр Штутгарта. Штутгарт – город-побратим Самары, но побратимом Самары является и Стара-Загора в Болгарии, а в программе болгарских гостей нет.
- По положению фестиваля в российском фестивале участвуют только театры Российской Федерации, имеющие государственную дотацию, государственные театры. Иностранные театры могут участвовать как гости. Штутгарт у нас гость и только потому, что они сами на нас вышли. В Интернете прочитали, через немецкое общество Самары вышли на нас и попросились. Но они не участвуют в конкурсе, они - гости. Если к нам на следующие фестивали будут проситься еще театры из-за рубежа, то мы вместе с секретариатом Союза театральных деятелей исправим статус фестиваля со "всероссийского" на "международный". Уверяю, никто не будет против, когда у нас будут на то основания.

- Владимир Александрович, давайте вернемся к началу. Как возникла идея фестиваля в таком формате?
- Фестивалей по России сейчас много, потому что Россия потеряла гастрольную практику, которая всегда существовала. Мы ездили, менялись театрами каждое лето. Сейчас гастрольной практики нет. Это рухнуло в 90-е годы. Нет финансирования. И сейчас Союз театральных деятелей устраивает фестивали, как бы пытаясь компенсировать хотя бы частично этот дефицит гастролей.
Я сам артист. Любой театр, работая у себя в городе, имеет любимых артистов, артистов, которых не замечают, спектакли, которые очень нравятся и очень не нравятся. Скажу на своем примере, потому что это общий пример. Я 25 лет служу в моем театре. Естественно, у меня есть свой зритель. И как любой человек, человек искусства имеет право на ошибку. У меня может не получится и не получалось много раз. А мои зрители, которые помнят, когда у меня получалось, мне это простят за то, что они видели, когда получалось. Когда приезжаешь в другой город, где тебя не знает никто, а к концу гастролей тебе дарят цветы, вот это показатель. Или тебе их не дарят...
Это очень важно и для зрителей. Важно сменить театры, посмотреть, как работают другие. В Самаре публика всегда была очень театральна.
Гастрольная практика необходима. Фестивали не могут ее заменить полностью, но они хотя бы нас ее не лишают. Фестивали делают так, чтобы мы не лишились этой возможности общаться, возможности проверять себя в совершенно незнакомом городе, площадке. Момент общения, безусловно, важен. Поэтому, когда я стал год и три месяца тому назад председателем правления самарского СТД, то очень хотел организовать фестиваль и не знал, что у меня получится, но если хочется, то надо делать. Ничего не получается у того, кто ничего не делает.
Я получил огромную поддержку в области на самом высоком уровне. Самара никогда не имела своего фестиваля. Парадокс: театральный город никогда за всю свою большую историю не имел постоянного фестиваля. А фестиваль – это всегда встряска, допинг, привлечение интереса, пропаганда культуры, которая очень важна. Мы стараемся, чтобы в зале на русской классике были зрители всех возрастов. Ведь поколение 90-х годов мы потеряли, когда образование потеряло смысл, когда кандидаты наук торговали. Молодежь, которая сейчас приходит, мне нравится. Она другая. Мальчики в галстучках. Они понимают, что если хочешь зарабатывать, надо учиться. И престиж образования возвращается. Это верно. И интерес к культуре возвращается. Поэтому за эту идею фестиваля выступили и Министерство культуры Самары, и Союз театральных деятелей. Они и стали учредителям фестиваля.
Говорить о том, что получилось, очень рано. Фестиваль только начался. Это раз. Очень важна периодичность, чтобы он состоялся в 2009 и 2011, и 2013 годах. Это два. Вот когда он состоится раз пятнадцать, я уже не буду волноваться. Фестиваль будет идти всегда. Поэтому мне важно, чтобы первый фестиваль прошел на самом высоком уровне: и организационно и творчески. Ведь любую хорошую идею можно загубить, и надо, чтобы это не случилось.
У нас удивительные члены жюри из Москвы, которых я очень уважаю. Уверяю, что Наталья Старосельская - председатель жюри - при всей своей доброте и тактичности лукавить не будет.

- Экспертный совет отбирал спектакли для фестиваля по присланным театрами видеозаписям. Но ведь это не то же самое, что живой спектакль?
- "Золотая маска" тоже отбирает спектакли по кассетам, другого варианта нет. Любая запись - это минус 50% в восприятии спектакля. Потому что живое – это обмен биополем, которое даже самое замечательное телевидение и операторы нам не могут предоставить. Любой спектакль лучше записи. Но если нет возможности смотреть вживую, то хоть по телевизору. Было прислано 47 кассет, 47 заявок на участие в фестивале. Нужно было выбрать десять, но на первом этапе театры Самарской области не проходили отбор - как принимающая сторона. Однако, в результате получилась программа из 21 спектакля. Это добавились театры Самарской области. Нам тоже очень нужно посмотреть, как выглядим мы на фоне, на наш взгляд, лучших спектаклей России на сегодня. И мы хотим провести через это все наши театры, а если мы "подстрахуемся" и выберем лучшее, мы не получим истинной картины нашей области. Потом можно говорить о хорошем спектакле, плохом спектакле. На фестивале наверняка будет спектакль, который понравился и нет. Это нормально.
География фестиваля - с Красноярска до Рязани. Это действительно вся Россия. Сегодня это точный срез театра России.
Фестиваль первый. Для пилотного проекта - это фантастически. Хочу, чтобы победитель нашего фестиваля имел не меньше миллиона в качестве приза. Я так хочу, но я не казначейство. Увидят, поймут, найдут.