04.07.2007 | 13:21

Гамлет и Мефистофель - Густав Грюндгенс

Он играл королей, арлекинов, злодеев и принцев. О славном прошлом немецкого актера Густава Грюндгенса теперь можно судить только по многочисленным фотографиям, сделанным во время спектаклей. Уникальная коллекция снимков, афиш, картин прибыла из Дюссельдорфа в Москву. Рассказывают "Новости культуры".

Теперь об его игре можно судить по многочисленным фотографиям, сделанным во время спектаклей. Впервые из Театрального музея Дюссельдорфа в Москву привезены снимки , а также афиши, картины, скульптура с изображением Густава Грюндгенса.

Коллекция снимков была подарена Густаву Грюндгенсу к завершению его театральной карьеры, когда триумф, слава, успех остались позади. Фотографии напоминали ему о сыгранных ролях, о пережитых на сцене моментах счастья. Густав Грюндгенс был не только актером, переигравшим весь классический репертуар, ему пришлось стать режиссером, а с 1947 по 1957 годы еще и руководителем Берлинского государственного театра. И все-таки своим призванием он считал актерство, а лучшими сыгранными ролями - Гамлета и Мефистофеля. Мефистофель в его исполнении – сложный, многогранный образ. Это не воплощение зла, а падший ангел.
Винрих Майсциес, директор Театрального музея Дюссельдорфа рассказывает: "В массовом сознании в Германии образ Мефистофеля запомнился таким, каким его сыграл Грюндгенс".

Образ Мефистофеля Грюндгенсу помогла создать немецкая художница Херта Бем. Она сделала эскиз костюма. В таком обличии Грюндгенса часто можно увидеть на фотографиях, афишах и даже в скульптуре. Выразительные жесты, пронзительный взгляд, отточенная пластика – таким выглядит актер на фотографиях. Снимки делали лучшие фотографы Германии и они получались живыми и непосредственными.

Грюндгенс послужил прототипом для романа " Мефистофель" Клауса Манна. Но жизнь его литературного героя не совпадала с реальной. Грюндгенса интересовало только творчество, он не хотел заниматься политикой, но на него оказывали давление пришедшие к власти национал-социалисты. Будучи руководителем Прусского государственного театра, он старался уйти от политики.
Винрих Майсциес говорит: " По крайней мере, этот театр не исполнял откровенно национал-социалистической продукции. Этот театр исполнял пьесы коммунистического направления, ставил пьесы еврейских авторов".

Наступил момент, когда Грюндгенсу пришлось уйти из театра, но жизни вне сцены, он не представлял. Фотографии напоминали лишь о прошлом, а будущее не сулило ничего хорошего. Тогда он принял смертельную дозу снотворного и написал: "Не мешайте мне спать".