19.09.2007 | 20:05

Древние языки в стенах Петербургского университета

Четыре дня в стенах Петербургского университета будут звучать древние языки. Там открылась международная конференция преподавателей греческого и латинского из шестнадцати стран Европы, Соединенных Штатов и Латинской Америки. В истории России это будет первая подобная встреча. При этом Петербург сегодня называют одним из крупнейших центров по изучению мертвых языков. Там хранятся образцы древних манускриптов: например, эфиопский псалтырь XIX века или ивовая палочка с письменами санскрита. Кроме того, больше всего специалистов по древним языкам в Северной столице. Там читают на пушту, сингальском и малаялам. О людях редкой профессии рассказывают "Новости культуры".

Понять Маргариту Воробьеву-Десятовскую сложно, если не выучить хотано-сакский язык, а еще хинди, бенгали, санскрит и персидский. Более полувека она читает тексты, которые были написаны тушью на основе сажи. На восточный факультет ЛГУ Маргарита Воробьева поступила в начале 50-х. Борьба за независимость в Индии в сознательных советских комсомольцах пробудила жажду знаний. "Очень переживали за Индию. Болели за Индию, мы читали книжки на хинди о тяжелой жизни индийского народа. А когда пошли индийские фильмы, это была целая революция", – рассказывает заведующая сектором Южной и Юго-Восточной Азии Института восточных рукописей РАН Маргарита Воробьева-Десятовская.

Хотано-сакский язык – предок современного осетинского. Он живет только в памятниках восьмого века. Сегодня в мире на нем не говорит никто. Запомнить акшеры – все равно что выучить. Значение имеет каждый штрих. Как правило, древние языки – это мертвые языки, но только не для ученых. Бронзовая табличка на сабийском языке – на сегодня подобных табличек сохранилось всего несколько десятков. В этом языке есть только согласные, а между словами стоит разделительная черта. "Как звучал этот язык, мы можем только очень приблизительно догадываться. И то благодаря только тому, что некоторые имена собственные сохранились в некоторых арабских языках. Гласный состав этого, да и многих других семитских языков, для нас остается до конца не решенным", – замечает старший научный сотрудник Института восточных рукописей РАН, кандидат исторических наук Сергей Французов.

Сергей Французов языку Бодлера и Мериме предпочел официальный язык эфиопской церкви. Его расшифровали только полтора века назад. Раньше геез считали утерянным. В читальном зале Института восточных рукописей никогда не бывает многолюдно. Специалистов по редким наречиям на всю страну единицы. По данным ученых, каждый месяц в мире умирают два языка. Обычно это означает гибель коренного населения страны, но иногда последними носителями языка остаются ученые. "Я преподаю классический эфиопский с этого года в университете. Там как раз большой был набор на эфиопистику – девять человек поступило", – замечает Сергей Французов.

Пока в Петербурге учат эфиопский, в список редких языков, который составили европейские специалисты в этом году, вошел эстонский. Как оказалось, школьники Таллина предпочли бы вместо родного языка в школе учить английский. В ЮНЕСКО предлагают учить как минимум два языка – официальный и родной. Иначе, опасаются они, дети разных народов в скором будущем заговорят на одном языке, и тогда историю многих городов мира будут восстанавливать по чудом сохранившимся книгам, прочитанным в переводе.