25.09.2007 | 12:25

Елена Соломонова: "Свобода - это главное"

В спектакле "Жизнь и судьба", который был показан в Москве на открытии сезона Театра Наций, режиссер Лев Додин представил новое поколение своих учеников. В роли Людмилы Штрум – Елена Соломонова, выпускница Театральной академии Санкт-Петербурга. О таких ролях говорят – "судьбоносная". Далась она юной актрисе не легко, но в результате получилось искреннее и пронзительное повествование. О том, как готовился этот дебют, рассказывают "Новости культуры".

Она кажется ученицей в какой-то очень строгой, может быть, английской школе, она никогда не шалит и очень ответственно относится к своим занятиям. А еще она – настоящая питерская барышня, хорошо воспитанная и умеющая в любых обстоятельствах держать себя в руках. Она – Елена Соломонова, молодая актриса труппы Малого драматического театра Санкт-Петербурга, ученица Льва Додина. На традиционной разминке перед спектаклем Елена выкладывается так, что сразу понятно – эта девушка ничего не делает "вполсилы".

Роль Елены Штрум в спектакле "Жизнь и судьба" была для нее испытанием. Сначала актриса чувствовала настоящий страх при мысли о том, что необходимо впустить в себя, пережить судьбу этой женщины – потерявшей на войне юного сына, наблюдающей каждодневную пытку над мужем, который оказался в тисках тоталитарной машины.
"А потом на смену страху пришел интерес, – говорит Елена Соломонова, – и постепенно – желание преодолеть страх и понять, прочувствовать этот материал".

Платье и прическа, которые наверняка носила еще ее бабушка, а мама уже считала старомодными, Елене очень идут и кажутся органичными. Она действительно полностью впитала в себя образ героини Гроссмана, поэтому – такая щемящая достоверность во всех ее сценах. А в них не так много текста, куда больше глубинного смысла роли.

"Свобода – это же главное, это форма жизни человека, он ищет, чтобы быть свободным", - таков лейтмотив спектакля для Елены Соломоновой.

Что для нее главное? Разумеется, свобода, отвечает актриса одного из лучших театров страны и мира, и вокруг нее разбиваются вдребезги волны всевозможных творческих соблазнов. Они ей явно не опасны.