31.03.2008 | 19:31

"Отцы и дети" - постановка Константина Богомолова

У режиссера Константина Богомолова, похоже, появилось постоянное место работы. До этого молодой режиссер успешно осуществлял постановки на самых разных столичных сценах. И вот уже второй спектакль подряд выпускает в "Табакерке". И опять в основе постановки не драматургия, а проза. После "Процесса" Кафки, теперь "Отцы и дети" Тургенева. Хрестоматийный роман Богомолов прочитал по-своему. Обнаружив в нем не конфликт поколений, а, прежде всего, конфликт социальный. На премьере побывала корреспондент "Новостей культуры".

После окончания средней школы редкие любители Тургенева возвращаются к прочтению его "Отцов и детей", так и оставаясь заложниками хрестоматийной трактовки. С навсегда запомнившейся темой сочинения - "Базаров - лицо трагическое" и емким определением "нигилист". Режиссер Константин Богомолов - филолог по первому образованию, с авторами обходится бережно, вчитывается внимательно. Говорит, что роман - сатирический и очень жесткий.

Константин Богомолов, режиссер: "…Там нет конфликта поколений".

Персонажи во многом утрированные. Скорее образы, характеры. Потому и смеются в зале часто.

Константин Богомолов, режиссер: "Я очень люблю фильм Никиты Михалкова "Родня". Это очень злой и честный фильм… ".

Время здесь универсально. Будильник Кирсановых играет "Боже, царя храни", по радио слушают романсы, у Одинцовых исполняют советские песни.

Про Базарова, одетого в свободный толстый свитер, говорят просто – он хищный, а мы ручные.

Евгений Миллер, актер: "Главное, не свалиться в страдания грустного клоуна. Это жизнелюбивый человек. Мы к этому двигаемся".

Благополучные отцы - Кирсановы-старшие - непривычно молодые, хотя это тоже по Тургеневу. Николай Петрович Кирсанов подремывает, в руках спицы, клубок ниток, в свободное время, благо его много, занимается рукодельем. Истинный денди Павел Петрович вальяжно курит сигару. Тургенев пишет – он и был мертвец. Богомолов в это время показывает финальную сцену из знаменитого фильма Висконти "Смерть в Венеции". Оттуда же и музыка Малера.

Яна Сексте, актриса: "Это очень жесткое произведение… Там нет положительного героя. Но разве это есть у Тургенева?"

В финале счастливые герои встанут на коньки, и грянет аккорд гимна. Режиссер век девятнадцатый не романтизирует, а еще и замечает – сегодня мало что изменилось.