12.04.2008 | 22:09

120 лет со дня рождения Генриха Нейгауза

"Пианист – средний, музыкант – хороший, художник – отличный". Ироничная саморекомендация – лучшая характеристика Генриха Нейгауза, с именем которого связана целая музыкальная эпоха. И сегодня многие его последователи и ученики живут "под знаком Нейгауза". Исполнилось 120 лет со дня рождения выдающегося пианиста и педагога. Рассказывают "Новости культуры".

Его назвали Генрихом в честь деда Генриха Густавовича Нейгауза. Генрих и Ирина – пианисты, их дети Адик и Магда тоже мечтают стать музыкантами. Они живут в Израиле, в России бывают регулярно. На этот раз приехали на юбилей деда. Первые неофициальные торжества в Переделкине, на даче Бориса Пастернака.

Генрих Нейгауз (младший), внук Г.Г.Нейгауза: "Пастернак и дед были очень большими друзьями. Дед восхищался поэтическим талантом Пастернака, Пастернак – его музыкальной гениальностью. Тридцатые годы, Борис Леонидович Пастернак влюбился в мою бабушку Зинаиду Николаевну Нейгауз, и она развелась с дедом и вышла замуж за него. На некоторое время наступило охлаждение в их отношениях. Но небольшое время".

В домашнем концерте приняли участие потомки Генриха Нейгауза и его творческие внуки - все, кто принадлежит к школе Нейгауза.

Андрей Микита, композитор, пианист: "Я учился у сына Генриха Густавовича Станислава Генриховича, он часто цитировал отца. Например, Баркарола Шопена. Двое плывут в лодке по реке. А здесь что происходит? Они выплывают в море…"

Еще один адрес, связанный с именем Нейгауза, – московская консерватория. Здесь в классе 29 он преподавал долгие годы. Нейгауз не любил открытых уроков, но каждое занятие превращалось в мастер-класс.

Вера Горностаева, народная артистка России: "Он был, прежде всего, гениальный педагог. Он вводил вас в пространство культуры, если вы этого хотели, если вы к этому стремились. Не все. Но если вы к этому стремились, получали. Он не был учителем, это слишком узко для него. Просто так сложилось".

"Если не хватает чутья, то надо точно рассчитать", - говорил он своим ученикам. Сам Генрих Густавович обладал и тем, и другим. Критики писали "Игра Нейгауза бурная, активная, а наряду с этим организованная и продуманная до последнего звука". Недаром искусством еще совсем юного Нейгауза восхищался Рихард Штраус. А Владимир Горовиц назвал его своим учителем.