11.07.2008 | 11:40

"Любовный напиток" по-итальянски

Чтобы воспринимать историю о волшебном зелье, погубившем Тристана и Изольду, как комедию, надо быть итальянцем. Чтобы создать по ее мотивам великую оперу-буфф, надо быть Гаэтано Доницетти. С момента премьеры, которая состоялась в Милане в 1832-м году, "Любовный напиток" не сходит с афиш музыкальных театров мира. Простой комический сюжет с непременным хэппи-эндом и прекрасные мелодии – залог успеха у публики и пространство для режиссерских интерпретаций. Свой рецепт "Любовного напитка" предлагает московским меломанам Михайловский театр. Обладатели билетов в Большой, где в течение двух дней пройдут гастроли петербургской труппы, смогут отведать эликсир уже этим вечером. Рассказывают "Новости культуры".

"Я привезла людям счастье", – говорит Елена Образцова. Впрочем, пока это больше похоже на головную боль. Молотки стучат громко и равномерно. Тридцать пять пар рабочих рук сооружают на сцене Большого театра огромные декорации, устанавливают стога сена, заботливо прикрепляют на бочки ромашки. Сбоку ставят мотоцикл. Он, как ружье, которое обязательно выстрелит, а в данном случае – выедет. Мотоцикл экологически чист, удовлетворенно замечают в Большом.

Это будет классическая итальянская комическая опера о любви, в которой половина исполнителей – итальянцы. Режиссер-постановщик Фабио Спарволи ориентировался на итальянский кинематограф середины прошлого века. Он даже называет фильм-прообраз: "Дорога" Феллини. Фильм был снят почти через два столетия, после того как Доницетти написал свою оперу. "Знаете, когда я работал здесь с итальянскими певцами, я говорил им: "Сыграй мне так, как Энтони Куинн в "Дороге". И они понимали", – рассказывает постановщик. "Когда я работал с русскими певцами, я не мог аппелировать к итальянскому кинематографу. Но они настолько тонкокожие, точнее, тонкочувствующие, настолько подготовленные, что они прониклись итальянским духом процентов на девяносто восемь", – продолжает Спарволи.

Переводчица Людмила Афанасьева, проработав с итальянцем два месяца, узнала о нем больше, чем другие. Например, о том, что бывший врач-ортопед в один миг решил, что без театра жить не может, а потом он восемь лет работал в драматическом театре у Джорджа Стреллера. "Знаете, о себе он не будет говорить. Он весьма скромен. Но какой он актер! Я думаю, что кинематограф 50-х годов потерял многое", – замечает Людмила.

Спарволи сам показывал актерам, где они должны стоять, что играть и как жестикулировать. И чтобы это было по-итальянски. "У русских – свои жесты, у итальянцев – другие", – поясняет исполнительница партии Адины Екатерина Садовникова.

Постепенно у певцов вырабатывается чувство прекрасного итальянского стиля. Именно к этому стремится руководитель Михайловского театра Елена Образцова. "Я бы, конечно, хотела, чтобы это была самая итальянская русская опера. Так как театр небольшой, мне очень хочется сделать рафинированную изысканную атмосферу. И мне хочется ставить небольшие камерные оперы, чтобы не быть соперниками с Мариинским театром", – говорит она и все-таки немного обижается на Доницетти, который не написал для ее меццо-сопрано ни одной партии в "Любовном напитке".