29.05.2012 | 09:24

В Центральном Доме актера прошла встреча с искусствоведом Паолой Волковой

Шедевр Рафаэля «Сикстинская Мадонна» – это одна из тех загадок искусства, поиск шифра к которой занимает умы и души историков и искусствоведов. Паола Волкова – из числа тех, кому дано видеть, воспринимать и облекать в словесные формы то, что скрыто от непосвященного взгляда, что требует массы знаний и опыта. Ее рассказы о творениях великих мастеров живописи, театра, кинематографа - сами по себе произведения искусства. Накануне она была гостьей Центрального Дома актера. Рассказывают «Новости культуры».

Ученица Мераба Мамардашвили и Льва Гумилева, легендарный искусствовед, ее лекции во ВГИКЕ и на высших режиссерских курсах, не пропускал ни один студент – такие занятия, что в памяти потом – на всю жизнь. Вот и сейчас, говоря о ком-то, Паола Волкова вспоминает – женщина похожа на графиню Орлову с портрета Серова, а у мужчины профиль римлянина периода упадка.

«Очень сложное общение, – отмечает режиссер Сергей Соловьев. – Потому что минут через 10, если повезет, ты понимаешь, что, в общем, к сожалению, ты – болван. Причем она для этого не делает ничего. Мы просто говорим бытовую речь. А ты понимаешь – ой, как-то не сложилось».

Сергей Соловьев из тех, кто слушал ее курсы вживую. Недавно, словно ожившие лекции на телеэкране увидел Вадим Абдрашитов. Цикл программ на канале Культура – «Мост над бездной», история мировой живописи, полотна, в которых художник отражен, словно в зеркале, шедевры Джотто, Дюрера, Боттичелли, Рублева.

«Ее можно слушать часами, – считает Вадим Абдрашитов. – Можно вообще придумать проект, который вообще ни о чем не говорит. Ничего не смотреть, просто попросить ее сесть перед камерой и слушать все, что она рассказывает, все, что знает, а знает многое».

То ли рассказ, то ли действительно путешествие, свое шествие через века Паола Волкова продолжает в книге, с тем же названием, с той же идеей – мост, как образ всей мировой культуры. Первый том, посвященный античности, древний Крит, философия Китая, олимпийские игры. А сегодня признается – как вообще она решилась писать.

«Я очень поздно стала писать, – рассказывает Паола Волкова. – Акимов меня очень закодировал прочно. Говорит, писать будешь тогда, когда тебе есть что сказать, а я не знаю, мне есть уже что сказать, или все еще нечего».

Дружившая с Тонино Гуэрра, работавшая с ним до последних дней его жизни, Паола Волкова представляет его «Одиссею». Гуэрра перевел ее на язык романьолы, изысканная, с невероятными текстами, ассоциациями, воспоминаниями «Одиссея», Паола Волкова признает – на все времена.

«Почитав эту книгу, читатель обязательно поймет, кто был Тонино, – говорит она. – Но я скажу больше: Тонино можно понять по любому из его текстов. Он как-то весь вложен в каждый из своих текстов. Анализ или прочтение его текста дает полное представление о том каким он был читателем, и какой личностью, и вообще в каком мире он плыл».

Волшебные, воздушные профили – иллюстрации, сделанные Рустамом Хамдамовым, послесловие написано Юрием Ростом – это уже его «Одиссея» с Тонино, его путешествие с ним по Романии.

«Это была Романия его любимая, – говорит Юрий Рост. – Он хвастался ей, как будто не Господь Бог сделал, а он сделал. Но он, правда, много сделал к тому, что Господь. Потому что он там сделал потрясающие фонтаны, памятники, причем так щадяще все вписал в пейзаж городов, как будто это так было всегда».

Мировой специалист по Тарковскому, она написала его «Ностальгию». Составила родословную, изучила архивы, пришла к неожиданному выводу – нашла общее между режиссером Тарковским и поэтом Хлебниковым. Рассказала о новых книгах быстро и коротко, хотела закончить. Но зал, как обычно – не разрешил. Просил рассказать об учителях, о Льве Гумилеве, обо всем, о чем захочет сама – слушать ее и правда были готовы бесконечно.